Вера даже не шевельнулась, словно речь шла о ком-то постороннем, а старик вытянул морщинистую плеть и покровительственно потрепал служанку за локоть, не вызвав ни единого движения мускулов на её красивом веснушчатом лице.
— Второй раз? У тебя были ангелы до меня? — Марфа с некоторой опаской покосилась на окаменевшую Веру и с вызовом уставилась на Фила.
— Да. Очень давно, — Филипп Давыдович с нежностью покивал ей в ответ, как любимому, но несмышлёному ребёнку, — и я до сих пор скучаю по ней. Она была со мной очень долго… Около двухсот лет.
— Сколько? — подавилась Марфа.
— Мы познакомились где-то в тридцатых годах восемнадцатого века. Она была… необыкновенная. Умела жить, доложу я вам!
— И каким же образом вам обоим удалось протянуть так долго?
— О, ангелы бессмертны, — старик наградил всех заговорщицкой улыбкой, — а я лишь был рядом и… тоже жил. Молодым. Она очень старалась научить меня всему, чтобы мне можно было доверить самостоятельно разбираться со всем этим бардаком, — он неопределённо махнул на Веру и Федю. — Демоны тогда были куда как свирепей, но и ангелы встречались чаще. Мой ангел мельком упоминала, что знает нескольких, но никогда не знакомила нас, хотя в остальном доверяла мне самые страшные секреты. Даже сам факт их существования тщательно скрывается, чтобы люди не начали охотиться за источником вечной жизни, а уж знать их в лицо — удел избранных. Тех, кого они сами приблизят к себе. Кого они считают семьёй.
— То есть вы вроде долгоиграющих паразитов при ангелах? — процедил Федя.
— Можно и так сказать, но ангелы делают это добровольно.
— Ага. Только вот ведь какой досадный нюанс, Марфа и понятия не имела ни о каких ангелах, так ведь? Это вы её нашли и тайком использовали в своё удовольствие. Как жизненную батарейку. Не ставя в известность о её чудесных свойствах.
— Признаю, Марфа не осознавала это в полной мере. Точнее сказать, делала вид, что не знала, а я ей подыгрывал. Со временем мы бы это обсудили, конечно, когда она была бы готова.
— Это когда же? — вмешалась Марфа. — До или после того, как вы бы признались мне, Фил, что переселили демона моей матери своими руками? И не в кого-нибудь, а в Веру? И заставили меня бегать за выдуманным призраком, как за морковкой?
— Ох, милая моя девочка… Ты не была готова. Ты и сейчас не готова, но… Прости. Так было лучше.
— И вы держали меня возле себя, как… вот уж, действительно… как запасную батарейку?
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
— Держал? Разве ты можешь обвинить меня в насильственном удержании? Да, я просил тебя… Всегда только просил быть рядом.
— Взяв в свой дом ребёнком? Воспитав, как родную дочь? А у меня разве был выбор?
— Разве это преступление? — виновато покачал седой головой старик. — Я любил тебя и всегда буду любить. Я лишь хотел, чтобы и ты любила меня.
Марфа крепко выругалась, а Филипп Давыдович недовольно поморщился от брани.
— Кстати, вот ещё любопытная деталь, а куда делся тот, другой ангел? — Федя сумел выразить бешенство, хотя и проговаривал слова очень вежливо.
— Хотел бы я знать! — Фил с грустью вздохнул. — Однажды она просто ушла.
— И вы не попытались её задержать? — недоверчиво переспросил Федя.
— Нет, — старик робко взглянул на Марфу, — нет никакого смысла удерживать ангела. Это работает, только если ангел искренне хочет добра кому-то. Может быть, жалеет, или любит, или ещё что-то похожее. Но всегда сам, по своему желанию.
— А вы ей что, разонравились? Своему ангелу номер раз?
— Возможно. Она просто попрощалась и ушла, без объяснений. Сказала, что дальше я справлюсь сам. Это всё, что я знаю.
— И вы не искали её?
— Нет, конечно. Это было бы опасно для неё. Кто-то мог бы заметить, что я излишне интересуюсь ею, и задуматься. Я не мог ей рисковать.
— А она, значит, позволила вам тут чахнуть, как кощею? Потерять свежесть?
Старик хохотнул, как мог расправив гнутые пальцы, и весело добавил:
— Похоже, что так. Я почти смирился с тем, что моё время вышло, но потом нашёл Марфу и понял, что это судьба.
— И я тоже буду жить… ну… вечно? — девушка недоверчиво нахмурилась.
— Мой ангел не старилась, пока мы были вместе. Да и я тоже. И ты, Марфа, не меняешься с восемнадцати лет. Сейчас это не так заметно, но скоро тебя придётся менять легенду. Я тебя научу, это несложно.
— То есть вы так уверены, что она вас не кинет? — язвительно уточнил Федя.
— Это очень сложные материи, но я всегда заботился о ней… о тебе, Марфа, и готов оправдаться за тот небольшой обман, который всплыл. Намерения у меня были самые светлые.