Сухарь решительно оттёр капрала и приложил к устройству блестящего красно-белого жука размером с пятак, с короткими толстыми ножками. Жук нахохлился, поводил фальшивыми усиками и вдруг присосался к панели.
— Эта штука любой замок может вскрыть? — благоговейно прошептал Тарас.
— Погоди, — Сухарь хитро прищурился, — сам посмотри.
Жук надулся, будто втягивая в себя начинку электронного замка, и начал методично вкручиваться в его потроха, оставляя за собой идеально ровный и круглый след, как внутренности гладкой трубы. Жук деловито погружался в полотно двери, потом провалился куда-то ещё ниже, поёрзал на уровне коленей и вдруг с шуршанием вывалился на пол с той стороны. Прогрызенная насквозь дверь тихонько щёлкнула и приотворилась, а Сухарь поднял превратившегося в плоский блин жука и показал профиль в форме звездочки.
— И что это за зверь? — восхищённо ахнул капрал.
— Это не зверь, а значок. Октябрятский значок — лучшее средство проделать дыру в чём угодно. Не знаю, куда всё девается, но сожрать оно может сколько угодно, — Сухарь сунул значок в сумку и горделиво похлопал по тугой коже, скрывающей волшебный арсенал.
— Так мы, сталкеры, десятилетиями не за тем охотились! — капрал завистливо проводил взглядом исчезнувший в сумке предмет. — Это же настоящий бриллиант!
Любовные песни орков (начало, назад)
— Надеюсь, у них там что-нибудь не замкнуло, — буркнул Тарас, — и сюда сейчас не сбежится охрана со всей башни.
Этот этаж разительно отличался от всех прочих — стены расступились, превратив коридор в настоящий зал с пуфиками и картинами, как в древнем музее. Женька слепо таращилась на невидимые остальным контуры куба, зависшего прямо над ними, а Князь напряжённо прислушивался к лёгкому шелесту сквозняков в отверстиях, оставленных для притока воздуха через витиевато изукрашенный потолок. Было тихо, даже слишком, словно стены здания вдруг стали толще и поглощали любые звуки извне. Зал замыкала высокая арка из плотного дерева, а за ней — открытая настежь дверь.
Капрал прижал палец к губам и бесшумно скользнул вперёд, а Сухарь выставил клинок и с тревогой огляделся. Что-то было не так.
За открытой дверью располагался просторный кабинет, где за столом сидел немолодой мужчина с жёсткими чертами лица и коротко стриженными седыми волосами. Он приветливо улыбнулся Женьке и заговорил очень доброжелательно, будто целый день ждал именно её визита:
— Здравствуй. Ты всё-таки пришла. Вы все пришли! Проходите, садитесь, — он вежливо указал на стулья. — Наверное, хотите знать, как меня зовут? Я Карл Балтфильд. Один из многих Карлов нашего рода, по правде говоря, но номера у меня нет, как-то не прижилось. И я владелец этой башни.
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
За их спиной плавно выключился свет, погружая путь назад в темноту.
— Не бойтесь, я не хочу навредить вам, даже напротив, я хочу помочь. Если бы я планировал навредить, то давным-давно сделал бы это, потому что слежу за вами ещё от бара у Фреда. Грязноватое место с сомнительной репутацией и отвратительной кухней, как по мне, ну так а чего ещё можно ожидать от полулегальных приграничных заведений, где никто не торопится проверить ваш социдентификатор, верно же? — Тарас при этих словах с тоской покосился на собственное запястье. — И ещё там промышляют весьма скользкие типы, которым только дай повод пограбить незнакомцев, и, похоже, вы их чем-то привлекли. В полноценном городе куда как безопаснее, здесь каждый шаг каждого живого существа отслеживается и анализируется. Конечно, не всякий район может похвастаться низкой преступностью, но если избегать очевидных опасностей, то вполне можно дожить до ста лет и ни разу не встретиться с грабителем лицом к лицу.
Женька медленно присела на стул и положила ладони на тёплую поверхность стола.
— Вы нас ждали?
— Как я уже сказал — да. Не люблю повторяться, но ради вас, мои дорогие друзья, я готов сделать и не такие исключения. Вы даже не представляете, как долго и с каким нетерпением я ждал вас.
— И что вы хотите? — Князь заговорил скупо, точно слоги давались ему с неимоверным трудом.
— О, этого так просто не объяснить. С вашего позволения, я бы начал издалека, и тогда вы сами постепенно всё поймёте.