Фельетон на злободневную тему
Речь пойдёт о деньгах, о женщинах и о тонком, почти невидимом искусстве указания им их настоящего места — разумеется, из самых благочестивых побуждений.
Итак, в наших широких российских пределах вновь поднялся вопрос, от которого у просвещённого ума волосы встают дыбом, а у непросвещённого просто чешется в затылке: а сколько же полагается зарабатывать представительнице прекрасного пола, дабы не прогневать небесную канцелярию?
Выступил по сему поводу один добрый пастырь, иерей Кирилл Марковский. Сначала, с пылом неофита, он объявил доход в сто тысяч рублей «небогоугодной роскошью» для женщины. По его разумению, такие несметные богатства неминуемо ведут к «страшным переживаниям»: куда пристроить новую шляпку, в какой шкаф упрятать очередное платье — муки поистине дантовские! Выход он предложил простой, какой и подобает предлагать человеку, чуждому суетных материй: отдать девяносто тысяч на нужды храма. «Зачем тебе больше?» — риторически вопросил пастырь.
Впрочем, позже выяснилось, что сей пастырь, видимо, от избытка рвения, «допустил оговорку». Речь шла не о жалких ста тысячах, а о целом миллионе! А вот полтораста тысяч — это, по его новейшим сведениям, «вполне адекватно». Успокоимся. Границы богоугодности очерчены, и дьявол, который якобы прячется в лишней сотне тысяч, посрамлён.
Не будем, однако, думать, что это — глас одного-единственного человека. Нет, это, можно сказать, коллективный духовный труд. Другой служитель алтаря, отец Михаил, развил мысль, связав женскую любовь к прекрасному с ростом преступности. Оказывается, именно непомерные запросы дам «ломают мужчин», толкая их на скользкий путь нарушения закона.
А на что же, спрашивается, тратят эти гроши наши сестры, матери и дочери? Исследования, эти сухие отчёты, лишённые поэтического духа, показывают скучную картину: на лечение, на ремонт жилья, на поддержание быта. Где же тут место для «роскоши»? Где тот самый дьявольский соблазн, что прячется в банке краски для потолка или в оплате стоматолога? Увы, статистика молчит.
Законодатели, люди серьёзные, уже встревожены. Говорят, что подобные речи отдаляют граждан от церкви. Одна уважаемая депутат даже намекнула, что, мол, церковь то от государства у нас отделена, и навязывать светскому обществу своё миропонимание — неэтично. Что ж, в этом есть своя правда. Но, с другой стороны, разве не есть высшая этика — указать заблудшей овце на её истинный путь, ведущий прямиком к церковной кружке для пожертвований?
Впрочем, нас тут же успокоили: мол, всё сказанное — частное мнение, а не официальная позиция Церкви. И это радует. Значит, у нас ещё есть простор для манёвра. Так что выдыхайте дамы, пока не придется к каждой зарплатной ведомости прилагать духовного бухгалтера для сверки небесных нормативов.
