Мои репортажи с форума «Армия-2024», в которых я подробно рассказал о представленных там новинках армейской автомобильной техники, отразили две тенденции, характерные для её разработки в современных условиях.
Первая тенденция – создание защищённых грузовиков. Она проявилась ещё несколько лет назад – на рубеже этого десятилетия среди перспективной колёсной армейской техники стали появляться бронированные грузовые автомобили, и с виду, и по своей сути больше напоминающие бронетранспортёры. То есть, эти бронегрузовики были максимально защищены от пуль, от осколков, от подрыва на минах. Но этим дело не ограничилось: конструкторы постарались придать им новые качества за счёт продвинутых технических решений, например, применения независимой подвески и автоматической коробки передач. Многие из таких бронегрузовиков даже снабжали вооружением – как правило, пулемётной башенкой на крыше кабины.
Но серийными все эти продвинутые машины так и не стали – дело ограничилось или опытными экземплярами, или совсем небольшими партиями. Потому что больно сложными и дорогими они получились. Но работа конструкторов не пропала даром: серийные армейские грузовики всё же получили бронезащиту! В войска начали поступать эдакие компромиссные варианты: силовой агрегат и ходовая часть – фактически как у конвейерных незащищённых грузовиков, а вот кабину и моторный отсек у них прикрыли надёжными бронекапсулами. Такие модели уже можно увидеть в хронике боёв буквально на всех фронтах!
Вот, например, курский фронт, «Урал Торнадо». Видно, что автомобиль попал под удар кассетного боеприпаса. Если бы на его месте оказался обычный незащищённый «Урал», то экипаж оказался бы скорее всего убит, а двигатель – повреждён. А этот «Торнадо» посекло осколками, отметины от которых видны и на кабине, и на капоте, но он спокойно продолжает выполнять поставленную задачу. Так что резоны в бронезащите экипажа и силового агрегата у армейских грузовиков выглядят вполне убедительно. Особенно когда дело касается установленных на автомобильных шасси ценных видов вооружений: сложная и дорогая боевая машина не должна выходить из строя, всего лишь потому, что её капот или кабину прошил небольшой осколок.
Вторая тенденция – создание максимально упрощённой автотехники. Идея не нова. Например, в ходе Второй Мировой войны по этому пути шли конструкторы во всех воюющих странах. Вспомните хотя бы отечественный ГАЗ-ММ или модернизированный Studebaker с упрощёнными кабиной и капотом, который поставлялся в том числе и в советскую армию. Сегодня эта тенденция работает главным образом, когда дело касается лёгкой или средней колёсной техники. Наверняка ведь у многих остался в памяти пикап АГ-34, разработанный Алексеем Гарагашьяном. Из этой же серии – созданный на агрегатах «Нивы» виллисоподобный «Улан», а также многочисленные так называемые багги, лишённые дорогостоящих в производстве штампованных кузовных деталей.
И это понятно: небольшие машины со сравнительно слабыми движками, будучи увешаны бронёй, часто с трудом везут сами себя, не говоря уже о грузе или вооружениях. А уж про снижение проходимости я вообще молчу. Поэтому лёгкие и средние автомобили не только проще, но и практичнее не утяжелять, а облегчать, делая их более подвижными, более проходимыми и, что греха таить, более дешёвыми. Подвижность – тоже вид защиты: можно оперативно выйти из под артналёта или же уйти от дрона-камикадзе, если на крыше стоит работающий РЭБ. Потому что ослеплённый на подлёте дрон в медленно ползущий объект всё же попасть может, а в быстро движущийся – лишь в очень редких случаях. Ну и дверей таким машинам часто не оставляют совсем: раз она не может тебя защитить, то надо иметь возможность как можно быстрее её покинуть.
Сегодня активно развиваются обе тенденции, то есть появляются всё новые образцы и бронированной, и упрощённой автотехники. Да, бронезащищённые как лёгкие, так и тяжёлые автомобили с точки зрения безопасности, точнее, живучести, кажутся более предпочтительными. Никто не спорит, защищать транспортную автотехнику и её экипаж в зоне боевых действий нужно настолько, насколько это вообще возможно. Но вот возможность эта определяется не столько технологиями, сколько деньгами, выделяемыми из бюджета на производство новой армейской автотехники. Поэтому, какими будут перспективные военные автомобили: не опытные, а именно серийные образцы, во многом зависит от сопоставления количества их потерь и количества выделенных на возмещение этих потерь бюджетных средств. Получается, цена вопроса даст на него объективный ответ.