СЕМЬЯ | НАИЗНАНКУ

- Свадьбы не будет! - ядовито сказала Галина Петровна. - Ты опоздала на целых сорок минут! - Я попала в пробку, - попыталась было оправдаться я, но она меня не слушала. - Ну, сама виновата, - продолжила она, - надо было как-то шевелиться, как-то время планировать… Но все теперь, все! Поезд ушел! *** Мы с Сережей познакомились три года назад. Последние полгода мы подумывали о том, чтобы узаконить наши отношения, и вот, наконец, он сделал мне предложение. Я была счастлива… Ну, почти. Потому что наши отношения с его матерью Галиной Петровной не заладились как-то с самого начала...

Катя аккуратно положила стопку конвертов на больничную тумбочку, будто это была не бумага, а хрупкое стекло. Бабушка бегло глянула на них, увидела немецкие марки и отвернулась к окну. - Почему? - спросила Катя. Голос даже не сорвался, не дрогнул ни единый мускул на лице. Она репетировала этот вопрос всю дорогу от дома до больницы. Она думала об этом, пока маршрутка тащилась по пробкам, пока шла по длинному коридору, пахнущему хлоркой и щами. Зинаида Павловна молчала. За окном качались голые ветки берез, весна в тот год выдалась поздняя...

- Я больше не могу ее видеть! Зинаида Павловна стояла у окна и смотрела во двор, где октябрьский ветер гонял сухие желтые листья. За ее спиной был Андрей, единственный сын женщины, и его жена Алина. - Мама, ну… что ты такое говоришь-то? - неуклюже попытался сгладить конфликт Андрей. - Я говорю правду! - твердо сказала Зинаида Павловна. - Выбирай. Или я, или она. Все, хватит! Поиграли в семью, пора и честь знать. Алина застыла на месте и не могла пошевелиться. Три года она терпела замечания свекрови...

- Ты вообще понимаешь, что натворила? - голос Раисы дрожал от злости. - Моему сыну теперь из-за тебя на улицу стыдно выйти! Нина стояла у плиты, машинально помешивая кашу, которую никто не станет есть. За окном моросил октябрьский дождь, и капли стекали по стеклу неровными дорожками, похожими на те, что оставляют слезы на щеках. - Я всего лишь попросила соседку одолжить сахар, - ответила она, не поворачиваясь. - Попросила! - Раиса всплеснула руками. - Ты расписалась в нашей нищете перед всем подъездом!...

-Ты понимаешь, что делаешь со мной? Тамара стояла в дверях спальни, прижимая к груди стопку выглаженных рубашек. Ее муж Геннадий даже не обернулся, продолжая смотреть в окно, заложив руки за спину. -Ты опять драматизируешь, -бросил он через плечо. -Как обычно. В коридоре послышались шаги -это свекор Петр Алексеевич шел в ванную. Шаркающие, неторопливые. Хозяйские. Но это случилось позже. А началось все полгода назад, когда Геннадий вернулся из родительского дома с новостью. -Отец переезжает к нам...