🚩22 июля. До первого «Ростов Райд» — ровно месяц. Подготовка вошла в ту стадию, которую принято называть финишной прямой. В Ростове +35 в тени — при условии, что тень здесь вообще входит в базовую комплектацию. Дождей не обещают ни городу, ни казачьим и половецким степям Придонья. После Суздаля здешняя погода располагает к доверию. Там небо до последнего сохраняет приличный вид, а потом устраивает грозу прямо во время концерта. Здесь всё честнее: солнце сразу обозначило условия. Будет жарко. И без обсуждений. 22 августа Embargo Villa превратится в нечто среднее между байкерским клубом и Ибицей, которую по какой-то ростовской договорённости поставили на берегу Дона. Бассейны, конечно, не море, но держатся с такой уверенностью, что спорить с ними — только время терять. Поэтому купальные костюмы обязательны. «Ростов Райд» пройдёт впервые: дневные блюз-сеты, вечерняя сцена, Гарик Сукачёв и ночь на Дону. Билеты пока есть. Дон течёт медленно. Продажи — заметно быстрее. Билеты: ➡️ rostovride.ru ✴️ ➡️ embargovilla.ru/raid 💥 #ростоврайд
Максим Привезенцев #писательизмосквы
Первый отзыв издателя о рукописи моего нового романа «ДОЛГОТА». Вчера получил его от Даны Курской. После года работы и множества вариантов, оставшихся в корзине, читать такие слова особенно важно. Публикую отзыв с разрешения Даны, без сокращений и правок. Роман выходит осенью. #писательизмосквы «Доброе утро, понедельника, Максим. И я к вам с новостями о том, что я дочитала „Долготу“. И очень вас благодарю за то, что я вообще с ней познакомилась. Это чтение романа у меня выпало на отпуск. И я себе сразу сказала: ну как бы, мало ли что там, вдруг не пойдёт именно в отпуске — не буду себя насиловать. Но я себя не насиловала, абсолютно честно вам говорю. Наоборот, где-то ближе к кульминации был момент, когда я поняла, что отпуск, Челябинск и всякие челябинские дела меня отвлекают от романа. Я хотела читать, но упустить последние часы в Челябинске тоже глупо, поэтому оставила роман и вернулась к нему по возвращении. Сейчас я уже в Москве, и вот дочитала сегодня ночью. Хочу сказать сразу: мне кажется, синопсис хороший, классный, профессиональный, но он немного вводит в заблуждение — он меньше по чувству, чем сам роман. Роман не просто полифоническая картина, это масштабная, глобальная, многомерная и многомирная картина. Признаюсь, на автомате, в своём редакторском режиме, думала, что по атмосфере это будет напоминать „Маяки Сахалина“. Вообще нет. Понимаю, что жанры разные, но думала — travel там всё-таки есть. Нет, вообще нет. Это вещь планетарного масштаба. Если я вам раньше говорила про „Маяки Сахалина“ — типа, давайте, у нас будут какие-то премии, — то тут я не просто говорю о премиях, мне кажется, они все будут. Правда. Я ничего более глобального до этого не читала, кроме книги, вышедшей у Шубиной в 2021 году, — „Смерти нет“ Татьяны Замировской. Говорю сейчас не о travel-составляющей, а о вопросах глобальности. Мне дико импонирует, что у вас вообще нет ответов. И не надо. Это крутой ход, от которого я уже отвыкла и видела, в принципе, только у Замировской в романе. Может, этого сейчас и не хватает современной литературе — потому что в конце всё разжёвывают, автор как бы говорит читателю: „Мир страшный и непонятный, но я тебе дам ответы“, — а у вас их нет, потому что их и не может быть. Также — как у вас в начале в технической информации сказано, что этот звук „РЫФ“ не переводится, не транскрибируется фонетически с бумаги — это очень круто, на самом деле. Я очень благодарна за то, что прочла это. Просто в пояс вам кланяюсь за то, что соприкоснулась с этим, просто как читатель, честно. Вы меня знаете — я никогда не выказываю лишних восторгов, если их нет. Но здесь у меня ощущение, что мне дано наблюдать, как вы, как автор — Привезенцев — поднимаетесь по ступенькам как писатель на моих глазах: начиная с „Пит-стоп“, потом „Маяки“… А сколько между этим было? А сколько у вас поэтического отдельно было? Это разные вселенные — проза и поэзия. И это происходит на моих глазах, и я за это очень благодарна. Я редко говорю авторам такие слова — стараюсь говорить только добрые слова, если это заслуженно, но глобальные слова говорю редко. Сейчас говорю искренне и заслуженно, чтобы вы не думали, что я подлащиваюсь в надежде на имбирный пряник с сиропом. Я просто памятью своих родителей говорю, что очень впечатлена. Спасибо». Дана Курская издательство «СТЕКЛОГРАФ» https://vk.ru/steklograf
Финал чемпионата мира досмотрел из упрямства. Скучнее игры трудно было придумать. Из всего шоу запомнилась Дженнифер Хадсон, исполнившая гимн США. Если бы футболисты играли так, как она пела, разговор сейчас был бы о футболе. Но гимн закончился, и началось осторожное перемещение мяча по очень дорогой траве. Всё профессионально. Почти незаметно. Хороших спектаклей всегда меньше, чем шлака. Наверное, с футболом так же: один матч помнишь годами, сотни других забываешь ещё до финального свистка. Вот только плохой спектакль редко объявляют главным событием планеты. Здесь к игре прикручены стадион, флаги, президенты, миллиарды за трансляции и комментатор с голосом очевидца Апокалипсиса. Убери всё это — останется дворовый матч. Бутсы, конечно, дороже. Цезари давали народу хлеб и зрелища. Теперь хлеб продают отдельно, зрелище — по подписке, а свободный вечер зритель приносит сам. К финальному свистку почти уснул. Шоу сыграло лучше футболистов. #писательизмосквы
СЛОЙ 01. Изображение говорит. 8 августа в Клубе Путешественников в Суздале откроется первая редакция Суздальской ежегодной выставки современного авторского плаката. СЛОЙ задуман шире одной выставки. Это ежегодная выставочная и издательская платформа современного российского плаката. Международная подпись проекта — SLOY — Suzdal Annual Poster Show. Плакат привыкли считать служебной вещью: он сообщает дату, рекламирует концерт и исчезает вместе с событием. Здесь один лист становится самостоятельным произведением. Буква получает тело. Линия — движение. Цвет — давление. Пустота — паузу. Изображение ничего не сопровождает. Оно говорит само. Автор идеи и куратор Кирилл Мартьянов собрал тридцать работ, не сводя их к одному стилю: типографическую конструкцию Михаила Лычковского, личную мифологию Люси Соловьёвой — LU / Lunazlo, рукописную витиеватость, фольклор и абсурд Ивана Казукова — и другие авторские миры современного плаката. Маршрут выставки: Знак. Жест. Образ. Среда. От строгой геометрии — к следу руки, от фигуры — к цифровому шуму. Тридцать листов, способных выдержать прямую встречу со зрителем без бренда, даты и пояснительной записки. Моя часть проекта — «Истории плаката». Я буду писать о происхождении работ: откуда возник образ, что автор отбросил, как материал, ошибка, техника и время сошлись в одном листе. Экспозиция проживёт год. В даты следующего фестиваля Suzdal Blues её полностью сменит новая редакция: другой кураторский вопрос, новые художники, новые произведения. Так в Суздале будет расти архив современного российского плаката. Работы можно купить. У каждого листа — имя автора, название, техника; у коллекционных изданий — номер, подпись, суздальский штамп и сертификат. Это может стать первой покупкой искусства — не компромиссом, а произведением, с которым хочется жить. Открытие — 8 августа 2026 года. Клуб Путешественников Суздаль, ул. Ленина, 63А https://kpsuzdal.ru/ Суздаль хранит слои прошлого. СЛОЙ собирает язык настоящего. Событие проходит. Плакат остаётся. #СЛОЙ #SLOY #Суздаль #авторскийплакат #КлубПутешественников
