Без шелухи. Marina Kon

Всех трех связывали тесные, местами нежные отношения с известной дамой французского двора – Маргаритой Наваррской (королевой Марго). «Принц Содома»: будущий король Генрих III Валуа, томный юноша, что неровно дышит к блестящим одежкам, сережкам и смазливым мальчикам, за что его подозревают в содомии...

Середина 14 века; Русь под Ордой, но жизнь кипит. В Москве правит сын Ивана Калиты, великий князь Симеон Гордый. И страсть как хочет 30-летний Симеон жениться; жену присмотрел. Но беда в том, что есть уже супруга у князя, Евпраксией зовут. Правда, едва начав семейную жизнь, Симеон по одному ему известным мотивам отослал Евпраксию к ее отцу; но развода ему никто не давал. Митрополит уперся: негоже, княже, брать новую жену при живой, чай, не басурмане. А Симеон не только гордый, но и целеустремленный: до Константинополя дошел, патриарха уломал – и женился в 1347-м...

Перво-наперво Луций Лициний Лукулл был отменным военачальником. Этот разбогатевший плебей навел шухер в Митилене на Лесбосе (подавил там восстание), наголову разбил царя Армении Тиграна Великого, почти добил многолетнего главного врага Рима - понтийского царя Митридата. Покончить с Митридатом ему не дали: вместо Лукулла командовать армией поставили Помпея. С тех пор оба лидера сильно друг дружку не любили. Пока Помпей добывал себе славу на поле боя, Лукулл решил прославиться пирами. А что – мог себе позволить: трофеи, подарки, унаследованные земли и деньги обогатили вояку сверх меры...

Ладно, их было не восемь, а семь. Шесть девиц – единокровные петровы сестры, дочери царя Алексея Михайловича и Марии Милославской, а одна – сестрица родная, Наталья, дочь царя и Натальи Нарышкиной. На самом деле Алексей был отцом аж десяти царевен; три умерли детьми. Все девы сидели без мужей. Заморские принцы ни в какую не желали менять веру на православную; русские самодержцы под влиянием попов отвечали тем же: царевнам смена веры запрещена. Нашла коса на камень, судьба Анны Ярославны царским дочкам не засветила ярким лучиком...

О да, была. В литературе. Коварную дочь Филиппа Красивого обличали К. Марло, Б. Брехт, Э. Хибберт. «Французская волчица» - это у Шекспира, но так он назвал не Изабеллу, а королеву Маргариту Анжуйскую, что разожгла Войну Алой и Белой Роз. На Изабеллу образ «волчицы» примерил поэт 18 в. Томас Грей, у него она рвет клыками кишки мужа, короля Англии Эдуарда II. И наконец Морис наш Дрюон: из-под его пера явилась холодная интриганка; поначалу ей сочувствуешь, но с развитием сюжета сочувствие тает, тает...