Потрогай себя | Адекватная психосоматика

У меня в сумке почти всегда есть странный колючий шарик, и нет, это не игрушка для моей собаки. Это массажный мяч с шипами. Точнее, у меня их куча: несколько резиновых примерно по 10 сантиметров и один плотный маленький, где-то 5–6 сантиметров. Я пользуюсь ими дома, беру в поездки, катаю стопы после перелетов, работаю с зоной лопаток после ноутбука и часто использую для ягодиц после и во время долгого сидения. Как телесный терапевт я очень люблю такие простые инструменты. Мяч не заменяет массаж, терапию, движение и нормальный отдых, но он помогает быстро размять уставшие зоны и сделать легкий самомассаж. Особенно когда вы долго сидели, летели, работали, тревожились или просто заметили, что тело стало каким-то деревянным и как будто чужим. Основной смысл мячика – локальное механическое воздействие на ткани. Давление и прокатывание помогают улучшить кровообращение в прорабатываемой зоне, временно снизить ощущение скованности, повысить подвижность тканей и уменьшить мышечное напряжение после нагрузки или длительного пребывания в одной позе. Поэтому такие мячики часто используют для самомассажа стоп, ягодиц, области вокруг лопаток и других участков, где накапливается усталость и плотность. Со стопами это особенно заметно. После дороги или рабочего дня можно несколько минут покатать мяч под подошвой. У стоп очень высокая чувствительность, поэтому такой контакт дает нервной системе много сенсорной информации. Часто после этого ноги ощущаются более живыми, а тело — менее затекшим и уставшим. Не потому что стопы решают все проблемы организма, а потому что внимание возвращается к реальным телесным ощущениям, которых в течение дня многим не хватает. С зоной лопаток я обычно работаю у стены или на полу. Такой вариант позволяет спокойно контролировать давление и не перегружать чувствительные участки. Я ищу не максимальную болезненность, а зоны напряжения или усталости, где контакт ощущается достаточно ясно. В таких местах можно ненадолго остановиться, сделать несколько спокойных вдохов и дать телу время немного расслабиться. Ягодицы — зона, которая особенно часто реагирует на долгое сидение. После долгого сидения там нередко появляется ощущение плотности, скованности или усталости. Мягкое и внимательное воздействие помогает вернуть больше подвижности и лучше почувствовать эту область тела без попыток что-то быстро починить. Такие мячи особенно удобны тем, что для работы с ними не требуются какие-то особые условия. Поэтому их так удобно брать с собой в поездки и использовать практически где угодно: в самолете, в номере, после перелета, между делами или во время короткого перерыва. Это маленькая телесная практика, которая помещается в сумку и не требует от вас отдельного часа на восстановление. В карусели ниже я собрала варианты использования мячика для разных зон. Добавила и ограничения, потому что такой массаж должен помогать телу чувствовать себя лучше, а не становиться способом сделать себе больно из хороших намерений. Главное правило простое: ощущение может быть интенсивным, но оно не должно быть острым, пугающим, стреляющим или нарастающим. Телу обычно лучше подходит регулярный мягкий контакт, чем редкие попытки продавить себя через сопротивление)

Работать у моря звучит красиво ровно до момента, когда у этого самого моря начинается обычный рабочий день. Мы второй раз во Вьетнаме. Приехали почти в то же место и почти в то же время, но с другими целями. В прошлом году у нас был полноценный отпуск, где главная задача звучала примерно так: поесть, погулять, добраться до моря и не сгореть. В этот раз формат другой. Муж перешел на полную удаленку, и мы решили попробовать рабочий отпуск. Разница во времени позволяет до обеда погреться, сходить куда-то, купить фруктов, а потом вернуться в номер, открыть ноутбуки и вспомнить, что дедлайны прекрасно умеют путешествовать вместе с человеком. Я давно хотела когда-нибудь уехать из Москвы куда-то на зимовку. Понятно, что сейчас не зима, но сам формат можно протестировать уже сейчас: что происходит, если не просто сбежать к морю, а попробовать жить там обычную рабочую жизнь. Не две недели коктейлей и прогулок, а нормальные созвоны, задачи, холодильник, кофе, стирка, расписание и попытки не потерять ощущение отдыха окончательно. Вчера был первый день нашего теста, и пока полет нормальный. Утром на море не успели, зато съездили в большой корейский ТЦ за фруктами и всякой мелочевкой в холодильник. Это уже само по себе сильно отрезвляет романтику: новая жизнь у моря начинается не с вдохновенного вида на волны, а с вопроса, где купить йогурт, воду, манго и что-нибудь, что не надо готовить. В 14:00 у мужа начались рабочие звонки. У нас в номере два стола, так что теоретически мы можем сидеть рядом и друг другу не мешать. Практически же ты очень быстро понимаешь, что парная удаленка – это отдельная логистика. Один громко (очень!) говорит в наушники, второй старается не шуршать пакетом, не попасть в кадр, не спросить что-то в самый неподходящий момент и не начать жить слишком активно. Я тоже взяла ноутбук, потому что у меня, как обычно, контент, учеба, клиенты и ощущение, что если открыть список дел, он откроет ответный список ко мне. Сначала сидела с ним в номере, потом решила выбраться в соседнее кафе. Просто чтобы сменить картинку и не превращать номер сразу во временный филиал домашнего офиса. С работой у бассейна, кстати, эксперимент пока провалился. На фото это может выглядеть как мечта удаленщика: вода рядом, шезлонг, ноутбук, почти реклама свободы. В реальности солнце, блики, влажность, неудобная поза, брызгающиеся мальчишки и мозг, который довольно быстро говорит: спасибо, красиво, но работать мы тут не будем. И вот в этом для меня главный вывод первого дня. Рабочий отпуск требует не красивого места, а нормальной такой настройки быта. Где сидеть, когда звонки, где есть, где покупать еду, как не мешать друг другу, как не ждать от моря, что оно само отменит усталость, и как не злиться, что отпускная картинка почему-то не работает по рекламному сценарию. Я удаленщик со стажем. Как ушла на удаленку в 2015 году, так меня с тех пор сложно загнать в жесткие офисные рамки. Но даже с этим опытом я вижу, что работа из другого места – это не просто берешь ноутбук и живешь красиво. Это маленькая перенастройка всей системы: времени, пространства, отношений, энергии и ожиданий. Кажется, отдельно напишу, почему удаленка требует не только ноутбук и вайфай. Там много психологии: свобода, самодисциплина, границы, одиночество, прокрастинация, ощущение бесконечного рабочего дня и вот это прекрасное «я же дома, значит, могу еще чуть-чуть». Надо?) А пока первый день засчитан. Море мы не потрогали, зато купили фрукты, нашли рабочее кафе, проверили, что у бассейна я работаю примерно никак, и я наконец-то дорвалась до любимого соленого вьетнамского кофе, которому готова петь очень эмоциональные дифирамбы. Пока мой личный вывод такой: рабочий отпуск может быть классным, если не требовать от него быть отпуском-баунти. не переключайтесь, как говорится) Настройка процессов - процесс интересный)

До дня рождения осталось меньше недели, и в такие моменты меня почему-то тянет оглядываться назад чуть дальше привычных итогов года. Не только на достижения, планы и взрослую версию себя, которая вроде бы уже многое пережила, многое умеет и научилась как-то держаться. А на маленькую девочку, которая когда-то очень старалась быть удобной, понятной, хорошей, не слишком громкой, не слишком чувствительной, не слишком сложной для взрослых рядом. Мне кажется, перед днем рождения особенно странно ощущается время. С одной стороны, ты уже взрослая женщина со своей жизнью, решениями, любовью, работой, тревогами, ошибками и какими-то очень конкретными бытовыми задачами. С другой стороны, внутри всё равно есть части, которым не тридцать пять, не тридцать и даже не двадцать. Есть часть, которой всё еще хочется, чтобы ее заметили без необходимости заслуживать. Есть часть, которая слишком быстро решает, что она мешает, если рядом кто-то устал или раздражен. Есть часть, которая сначала сканирует настроение других, а уже потом спрашивает себя, чего хочется самой. Когда я делала эту карусель, мне не хотелось писать красивое письмо в стиле «милая маленькая я, всё будет хорошо». Иногда такие тексты звучат слишком гладко и почти не вызывают настоящего отклика внутри. Потому что маленькому ребенку часто нужны не большие обещания, а простые слова, которые рядом кто-то должен был сказать вовремя. Что ты не виновата в чужом настроении. Что с тобой можно быть рядом, даже когда ты плачешь. Что тебе не нужно заслуживать любовь идеальным поведением. Что твое тело не враг, не ошибка и не проект на исправление. Что ты имеешь право занимать место, хотеть, злиться, отказываться и не понимать сразу, чего хочешь. И еще очень важно, что эти слова нужны не только ребенку из прошлого. Иногда они нужны взрослой женщине прямо сейчас, когда она снова пытается всё сделать правильно, никого не напрячь, быть благодарной, собранной, красивой, разумной и эмоционально удобной для всех участников процесса. Потому что взросление не всегда выглядит как уверенность, деньги, отношения, документы, отпуск и умение самостоятельно записаться к врачу. Иногда взросление начинается в моменте, где ты наконец перестаешь обращаться с собой так, как когда-то обращались с тобой. Или хотя бы замечаешь, что снова делаешь это автоматически. Мне кажется, многие взрослые люди носят внутри не только воспоминания, но и недосказанные фразы. Те самые, которые могли бы когда-то стать опорой, но вместо них часто были советы, замечания, сравнения, молчание или устало-раздражённое «не выдумывай». Эта карусель получилась очень личной, потому что я сделала ее по моим собственным фото - где мне 2 года и 34. Но я не думаю, что она только обо мне. Скорее она о той части внутри нас, которая до сих пор иногда ждет, что кто-то взрослый наконец скажет: с тобой можно, ты не лишняя, тебе не нужно всё время доказывать право быть любимой. Я не думаю, что прошлое можно аккуратно переписать одной каруселью. Но иногда можно хотя бы дать себе слова, которых раньше не хватило. Не для красивого жеста, а чтобы внутри стало чуть больше места, воздуха и опоры. Если вам откликнется хотя бы одна карточка, возможно, фразу с неё вам стоило бы хоть однажды услышать намного раньше.

Самолет так трясло, что я успела мысленно подвести итоги жизни и в целом осталась ими довольна. У меня вчера было три перелета. Во время одного из них началась довольно сильная турбулентность: самолет заметно трясло, пассажиры нервничали, а я сидела, вцепившись в кресло, и пыталась не превращать каждую вибрацию в кульминационную сцену фильма. В какой-то момент пришла странная мысль. Если вдруг сегодня всё, то, в общем, нормально. Жизнь была хорошая, любви было много, глупостей тоже хватило, собака с родителями, отпуск почти начался. Не скажу, что это меня успокоило, но мысль была почему-то очень ясной. И тут я начала вспоминать историю своей аэрофобии. Кажется, первые зачатки появились лет в восемь, когда я посмотрела старый российский фильм «Экипаж». Не весь фильм, а именно ту сцену, где персонажу отдают одежду, чтобы он не замерз и не обморозился, когда полезет чинить самолет снаружи во время полета. На следующий день мы с родителями куда-то летели, кажется, в Кисловодск. И вот там меня накрыло так, что я всю дорогу являда всему салону свой завтрак от страха. До сих пор немного жаль маму, потому что она возилась со мной весь полет, а я была маленьким фонтаном авиационного ужаса. Потом в моей жизни было много перелетов. Коротких, длинных, спокойных, утомительных, ночных, утренних, с пересадками и без. Долго самолет был просто самолетом: сухой воздух, странная еда, мало места для ног, но никакого портала в конец света. Был еще сильный эпизод лет 12 назад, на перелете из Гонконга в Шанхай. Погода была ужасная, гроза, и нас тряхнуло так, что орал весь самолет. Не знаю, была ли это воздушная яма или резкая турбулентность, но субъективно это выглядело как момент, после которого начинаешь внимательно пересматривать жизненные приоритеты. А потом в какой-то период у меня резко началась сильная тревога в самолетах. Не просто «мне неприятно лететь», а состояние, когда тело заранее готовится к опасности, сканирует каждый звук, цепляется за выражение лица бортпроводников и пытается вычислить вероятность катастрофы по тону капитана. Тут важно не путать тревогу, страх и панику. Страх возникает, когда есть понятный стимул: тряхнуло, самолет провалился, за окном гроза, тело считывает угрозу. Тревога может начаться заранее: а вдруг будет плохо, а вдруг что-то случится, а вдруг я не выдержу. Паника – это уже отдельная телесная буря, когда организм включает аварийную сирену и ведет себя так, будто катастрофа уже происходит. Потом я попала моделью на отработку психотехник к коллеге. Мы взяли эту тему мягко, без героического ныряния в самое страшное. И внезапно это помогло: я стала летать спокойнее, а тело перестало каждый раз делать вид, что лично отвечает за аэродинамику. Еще мне помогли знания. В какой-то момент я взахлеб посмотрела несколько сезонов шоу «Расследования авиакатастроф». Звучит как худшая идея для человека с аэрофобией, но мне это правда дало опору. Чем лучше я понимала, как устроены самолеты, расследования, системы безопасности и работа экипажа, тем меньше оставалось места для мистического ужаса. Я не буду писать, что полностью победила аэрофобию и теперь летаю с лицом просветленного пилота. Иногда мне всё еще страшно. Но теперь я лучше понимаю, где страх, где тревога, где тело вспоминает старый опыт, где мне нужны знания, а где нужно просто вернуть дыхание, стопы и опору. У меня есть большая статья о страхе полетов. Там подробнее разбираю, почему самолет так легко включает тревогу, что происходит с телом и какие техники можно использовать в полете. Вот она: dzen.ru/...0hy А у вас как с самолетами: спокойно летаете или тоже иногда мысленно прощаетесь с недописанными планами?

Иногда доверие в отношениях начинается не с романтики, а с очень неприятного решения: перестать быть менеджером взрослого человека. Мы завтра улетаем в отпуск. Жилье забронировали только сегодня ночью. Не за месяц, не за неделю, не в красивом режиме, когда всё под контролем, а вот так, почти бегом и в последний момент. И какое-то время я, конечно, напоминала. Потому что в моей голове это выглядит просто: у нас есть поездка, у нас нет жилья, значит, надо сесть и забронировать. Желательно не в момент, когда чемодан уже стоит у двери и такси подъезжает к дому. Муж говорил, что ему не до этого. А я видела, как он работает из дома, слышала его день, примерно понимала его занятость и внутренне, конечно, думала: ну камон, время же можно найти. А потом в какой-то момент я решила остановиться. Не потому что мне внезапно стало идеально спокойно. Не потому что я стала мудрой женщиной с лицом из рекламы ретритного центра высоко в горах. А потому что я поняла: если человек взял эту часть на себя, то либо я правда передаю ему управление, либо продолжаю делать вид, что передала, но сама стою рядом с невидимой дубиной. И это, кстати, очень тонкая штука. Потому что контроль часто маскируется под заботу, предусмотрительность и «я просто напоминаю». Иногда это правда забота. А иногда это способ не встречаться со своей тревогой и не выдерживать, что другой человек делает не в нашем темпе. Довериться не всегда значит расслабиться и красиво смотреть в окно. Иногда довериться значит внутренне сказать: забронирует ночью – значит ночью. По дороге в аэропорт – значит по дороге в аэропорт. На месте – значит будем решать на месте. Я не обязана превращаться в тревожного диспетчера только потому, что мне страшно. И тут главный вопрос даже не в жилье. Главный вопрос в том, могу ли я выдержать, что другой взрослый человек несет свою часть ответственности иначе, чем несла бы ее я. Для меня это оказалось хорошей практикой. Неприятной, местами нервной, но хорошей. Потому что отпуск еще не начался, а мой внутренний контролер уже попытался выйти на очереную смену в полной экипировке. А у вас получается отдавать ответственность близкому человеку, если он делает всё не в вашем темпе?