Мультимедиа Арт Музей, Москва

Илья Кабаков — ключевая фигура московского концептуализма. Начиная с 1970-х годов он создавал тотальные инсталляции, в которых целое пространство становилось произведением. Художественный метод Кабакова во многом напоминал театр. Каждая выставка представляет выстроенную мизансценой, где каждая деталь складывались в единое повествование. Комнаты, архивы, коммунальные квартиры, школьные классы и музейные экспозиции превращались в тщательно выстроенные декорации с собственными героями, документами и биографиями. Кабаков часто прибегал к приему вымышленного автора, создавая произведения от имени несуществующих художников, коллекционеров или чиновников. Зритель становился участником тщательно срежиссированного спектакля. Эту традицию развивает и Павел Пепперштейн. Проект «4338 год» построен как масштабная художественная мистификация. На первый взгляд перед зрителем обычная музейная экспозиция с иллюстрациями к фантастическому роману Владимира Одоевского. Однако постепенно становится ясно, что перед нами сложная система вымышленных реликвий Пепперштейн дорисовывает книжные гравюры XIX века, вводит в них собственных персонажей, связанных с миром Одоевского, и подписывает работы инициалами князя, сохраняя форму эпистолярного повествования. Каждый лист воспринимается как найденный документ, письмо или фрагмент архива. Выставка раскрывается как театральное представление, где роль декораций играют произведения искусства, и каждый попавший сюда становится участником происходящего. То, что сначала кажется иллюстрацией литературного текста, постепенно раскрывается как многослойная игра. Чтобы распутать этот клубок цитат, мистификаций и литературных парадоксов, придется стать участником этой игры!

Роман Владимира Одоевского «4338 год» начинается с мистификации. Издатель сообщает, что публикует письма загадочного сомнамбула, который во время магнетического сна переносится в 4338 год, становится жителем будущего Китая, отправляется в путешествие по России и начинает переписку со своим другом в Пекине. Проснувшись, он ничего не помнит о написанном и сам впервые читает собственные записи. В первой половине XIX века сомнамбулизм понимали как особое состояние сознания, открывающее доступ к знанию, недоступному в обычной жизни. Именно поэтому путешествие в будущее у Одоевского начинается не с машины времени, а с гипнотического транса. Павел Пепперштейн сохраняет эту литературную игру и развивает ее уже в пространстве выставки. Художник продолжает повествование от имени самого князя Одоевского, вводит в сюжет Александра Пушкина, Александра Бенкендорфа и Додо Ростопчину, превращая персонажей из реальной жизни князя в участников сомнамбулического эксперимента. Каждая гравюра, каждое полотно подписаны инициалами кн. В. Ф. Одоевского. Выставка воспроизводит принцип построения романа: зрителю предлагается поверить, что перед ним не художественный вымысел, а найденные свидетельства путешествия в будущее. Удостовериться, насколько убедительной может быть эта история, можно на выставке Павла Пепперштейна «4338 год» в МАММ.

«…Настанет время, когда книги будут писаться слогом телеграфических депешей... переписка заменится электрическим разговором; проживут еще романы, и то недолго — их заменит театр». Павел Пепперштейн обращается к истокам русской фантастики — к рассказу «4338-й год. Петербургские письма» князя Владимира Одоевского, который еще в 1835 году, задолго до появления интернета, предсказал нашу реальность. Инсталляция художника становится мостом между девятнадцатым веком и невероятно далекими временами: старинные гравюры дорисованы акварелью и фломастерами, переплетая прошлое и будущее. Текст выходит за пределы страниц, превращаясь в визуальную метафору. Слухи о будущем оказались правдой. Что мы скажем друг другу в этом бесконечном электрическом диалоге? Павел Пепперштейн. Слухи о будущем. Из серии «4338 год». 2025

«Теперь, — теперь слушай и ужасайся! я сажусь в Русский гальваностат! — увидев эти воздушные корабли, признаюсь, я забыл и увещания деда Орлия, и собственную опасность, — и все наши понятия об этом предмете» Так восхищенно описывал начало своего путешествия по России будущего герой футуристической утопии Владимира Одоевского «4338 год. Петербургские письма» — романа, с которого начинается история российской научной фантастики. В нём Одоевский, один из ярчайших мыслителей XIX века, пророчески описывает будущее, которое могло показаться далёким не только ему. В 1835 году, задолго до того, как Белл, Эдисон и Тесла «расколдуют» электричество и сделают его незаменимым для жизни, задолго до того, как Цеппелин поднимется в воздух на дирижабле, а братья Райт изобретут самолет, Одоевский предсказал появление «гальваностатов». Так он назвал «воздушные шары, приводимые в действие гальванизмом», или точнее — аэростаты, которые перемещаются по воздуху благодаря электричеству. Почти два века спустя, в 2025 году художник Павел Пепперштейн попытался представить, как бы выглядели чертежи воздушных кораблей и схемы других изобретений, если бы Владимир Одоевский задумал выпустить альманах о реалиях жизни в пятом тысячелетии и сам его проиллюстрировал. Этим летом ретрофутуристические рисунки Павла Пепперштейна из серии «4338 год» представлены в МАММ на биеннале «Искусство будущего». Павел Пепперштейн. Малый пассажирский гальваностат. 2025