Маменька велела

— Я вернулся домой, Наташа, — сказал Константин и поставил в прихожей потёртый заграничный саквояж. — Десять лет прошло, а ты всё такая же. Наталья стояла у фортепьяно с нотами и молчала. Муж, которого она десять лет не видела, снимал перчатки так, будто час назад вышел за папиросами. Было это осенью семьдесят первого года в Петербурге. Наталья Андреевна Ремезова жила на Васильевском острове с сыном и давала уроки музыки в хороших домах. Замуж она вышла в двадцать один год за отставного поручика Константина Ремезова, красивого и весёлого...

— Опять вам из Петербурга пишут, Елена Сергеевна, — сказала Агриппина и положила на чайный стол письмо. — Часто же кузен о вас вспоминает. Елена взяла конверт и сразу увидела, что красная печать сломана и прилеплена заново. Её письма в доме читали, и читала их сестра мужа. Было это осенью пятьдесят шестого года в нашем губернском городе, в доме Кривцовых на Дворянской улице. Елене было двадцать четыре года. Весной она обвенчалась в Петербурге с Павлом Кривцовым, советником губернского правления, и летом он привёз её сюда...

— Это что же, приданое первой гильдии? — спросила Ираида Семёновна и подняла над головой полотенце, рваное, жёлтое, побитое молью. — Нас, выходит, тут за дураков держали? В зале стало тихо, только лампа потрескивала над столом. Груня стояла посреди родительской залы в бледно-голубом шёлковом платье и не могла понять, откуда в её сундуке взялась эта тряпка. Было это в январе восемьдесят четвёртого года, в нашем губернском городе, в доме купца первой гильдии Кузьмы Ермолаевича Щеглова у Сенной площади...

— Мужичка за мой стол не сядет, — сказала Зинаида Павловна и отодвинула прибор. — Пусть ей в людской накроют. Там ей привычнее. Палаша стояла в дверях столовой в новом синем платье, сшитом к венцу. Николай вскочил из-за стола, но мать даже не посмотрела на него. Лакей замер с супницей в руках. — Я поем и в людской, Коля, — тихо сказала Палаша. — Мне не впервой. Было это весной шестьдесят шестого года в Борках, усадьбе Невзоровых на Ольшанке, в двадцати верстах от уездного Покровска. Через реку от барского дома лежала деревня Горелки...