Мамин Помощник

Не сюсюкай ты с ней. Печенье целое, просто сломалось, а она рыдает. Будешь каждую слезинку жалеть, вырастет неженка, потом в жизни тяжело придётся. Мама сидела у нас на кухне с чаем, когда Ева уронила печенье, оно разломилось пополам, и начались слёзы. Сказала она это громко, при Еве, и посмотрела на меня так же, как смотрела, когда я в восьмом классе принесла тройку по алгебре. И я с ней согласилась. Присела к Еве и сказала то, что обычно говорят в таких случаях: «Это же ерунда, смотри, его всё равно можно съесть»...

Слушай, ты же сама себя не слышишь. Пять раз бубнишь из кухни, а на шестой орёшь. Ты просто не умеешь просить, вот он и не идёт. Муж сказал это из коридора, пока я в пятый раз звала Матвея ужинать, уже на повышенных тонах. Матвей в комнате не отзывался вообще. Котлеты остывали, Ева сидела за столом и ковыряла огурец вилкой. Я обиделась страшно. Легко рассуждать, когда приходишь в восемь вечера на всё готовое. На следующий вечер я положила телефон с включённым диктофоном на подоконник. Хотела доказать мужу, что прошу я нормально, а сын просто не слушается...

Позанимались бы вы с ней дома. Она у вас отстаёт: садится и через минуту отвлекается, ничего до конца не доводит. К школе так нельзя. Воспитательница поймала меня в раздевалке, пока я застёгивала Еве куртку. Сказала громко, при двух других мамах, и одна из них понимающе кивнула. Я ответила «хорошо, позанимаемся». Пока шли домой, Ева рассказывала про червяка на площадке, а я не слушала. Я считала, сколько у нас дома тетрадей и почему они не помогают. А дома у нас лежали три рабочие тетради «4-6 лет», купленные мной ещё весной...

Налёт по всей линии дёсен. Будете и дальше держать силой, к семи годам она возненавидит стоматологов, и лечить придётся под наркозом. Договаривайтесь как-нибудь. Стоматолог сказала это спокойно, отъехав на стуле от кресла, голосом человека, который повторяет эту фразу по двадцать раз в день. Ева в это время лежала в кресле и разглядывала лампу. Полгода каждый наш вечер заканчивался одинаково. Я садилась на край ванны, зажимала дочь коленями и чистила ей зубы, пока она выворачивалась и кричала. Муж закрывал дверь в комнату Матвея, чтобы тот не слушал...