Магистерия

Иногда хочется, чтобы кто-то задал пару правильных вопросов, и тебе вдруг стало понятнее, что с тобой происходит. Мы записали как раз такое доброе и честное интервью с психологом и психотерапевтом Евгенией Кольцовой — одним из наших самых популярных авторов. Говорим о том, как найти свой путь, научиться распознавать собственные желания, в чем особенность экзистенциального анализа и почему жить не всегда легко, но очень интересно. В честь выхода интервью дарим приятную скидку 25% на все курсы раздела «Психология» с 28 по 30 марта включительно по промокоду LANGLE26...

В Афинах V века до н.э. комедия была не только развлечением, но и…. способом думать о государстве. Аристофан писал в момент, когда демократия переживала кризис, война становилась повседневностью, а привычный уклад жизни разрушался. Его тексты фиксируют это напряжение с точностью исторического документа и с дерзостью поэта, который позволяет себе говорить о самом болезненном через смех. В новой обзорной лекции филолога Любови Сумм мы разбираем, как в комедиях Аристофана переплетаются утопия, антиутопия и политическая сатира...

Откровение (Апокалипсис) Иоанна Богослова — текст с особой репутацией. Его читают в моменты кризиса, в эпохи перемен, в личных тупиках. В нем много образов, которые не поддаются однозначному объяснению, и именно поэтому он постоянно провоцирует новые интерпретации. Представляем вам новый курс Магистерии — об Апокалипсисе и Страшном суде в искусстве. Вместе с автором Анной Пожидаевой мы проследим, как этот сложный текст начинает жить в искусстве. Любопытный факт: художники почти не изображают сами катастрофы, которые так часто ассоциируются с Апокалипсисом...

Представьте, что завтра утром вы просыпаетесь, и все ограничения исчезли. Не только внешние запреты — законы, обязательства, социальные нормы, — но и внутренние: моральные принципы, привычки, даже базовые человеческие потребности. И вы абсолютно свободны. Можете стать кем угодно, делать что угодно, ценить что угодно или не ценить вообще ничего. Как это звучит? Как освобождение или как кошмар? Большинство из нас, столкнувшись с такой перспективой, почувствуют не облегчение, а как минимум головокружение или даже ужас...

Рим — это город, где воду можно читать как книгу. В его фонтанах скрыта история античных акведуков, папских амбиций, архитектурных соревнований и городских легенд. Каждая струя здесь связана с мифом, инженерной находкой или политическим жестом. В новой обзорной лекции искусствоведа Надежды Чаминой мы отправимся в путешествие по Риму, где город раскрывается через водную стихию и через опыт пяти чувств. Фонтаны можно слушать, трогать, разглядывать, чувствовать их прохладу и даже угадывать запах влажного камня, мха и старой извести...

Зимой в этом городе, особенно по воскресеньям, просыпаешься под звон бесчисленных колоколов, точно за кисеей позвякивает на серебряном подносе гигантский чайный сервиз в жемчужном небе. — Иосиф Бродский Новый курс Магистерии — о Венеции, городе, историю которого невозможно описать одной красивой легендой. Принято говорить, что Венеция родилась 25 марта 421 года. Эта дата появилась спустя много веков и скорее выражает желание венецианцев увидеть в собственной истории ясное и торжественное начало...

Нервная система — удивительная штука. Обычно мы вспоминаем о ней, когда говорим о мозге, мышлении и сознании. Но на самом деле она гораздо шире и занятнее. Эта система управляет почти всем, что происходит в организме: помогает реагировать на внешний мир, координирует работу органов и следит за внутренним порядком. Работает она как сложная сеть связи. Ее основные элементы — нейроны, особые клетки, которые умеют передавать сигналы. Часть сигнала бежит по нейрону как электрический импульс. Когда импульс добирается до конца клетки, включается химия: выделяются специальные вещества, нейромедиаторы...

В русском языке существует почти бесконечный набор ласковых обращений. «Зайчик», «котик», «солнышко», «милая/милый» — список можно продолжать долго. Мы легко придумываем новые варианты и почти не замечаем, как это делаем. Итальянцев это часто удивляет. При всей своей эмоциональности они гораздо менее изобретательны в ласковых словах. Набор обращений у них небольшой и довольно устойчивый. Самое популярное слово — amore, «любовь». Им называют любимого человека вне зависимости от пола. Иногда слово сокращают до amo, но смысл остается тем же...

Именно поэтому у нас на Магистерии — новый практический курс. Он посвящен ландшафтному дизайну ― искусству, которое сочетает интеллектуальную работу с пространством и реальный, осязаемый результат. Проектируя линии, оси и сценарии движения, можно наблюдать, как из продуманной схемы возникает настоящий сад. А потом увидеть и то, как он меняется по сезонам, живет своей жизнью — и в то же время вступает в диалог с создавшим его человеком. В основе курса — три оптики. Первая, теоретическая, обращена к происхождению самой идеи ландшафта...

Когда греки начали открывать для себя мир за пределами Эллады, их особенно поражали различия между обществами. Геродот, например, рассказывал о Египте, где привычный для афинян порядок был перевернут: египетские мужчины сидят дома, прядут и занимаются хозяйством, а женщины выходят на рынок, ведут дела и живут активной общественной жизнью. Для греческого сознания это было откровением: мир гораздо разнообразнее, чем нам кажется! История учит одной простой вещи: возможности человека гораздо шире, чем те роли, которые ему иногда пытаются назначить...

Природа по своей щедрости одарила моржей роскошными усами. Но это не просто запоминающаяся декоративная деталь. Для моржа усы — вопрос выживания. Усы ластоногих — по-научному вибриссы — образуют густую чувствительную сеть. У рекордсменов вроде моржей и морских зайцев они особенно плотные и длинные. Это напрямую связано со способом охоты: те, кто ищет добычу у самого дна, в мутной воде, где зрение подводит, полагаются на колебания. Вибриссы улавливают малейшие движения: шевельнулась ли раковина, проплыла...

Представьте себе живопись, которая звучит как тихая, светлая мелодия. Где нет резких жестов и громких сюжетов, но есть то неуловимое, что находится «между»: между сном и реальностью, между прошлым и вечностью, между листьями сирени и отражением в воде. Это мир Виктора Борисова-Мусатова — художника, который сумел превратить личную драму и любовь к старым усадьбам в особый, узнаваемый вариант русского символизма. Его картины часто называют «живописными элегиями»: они полны светлой грусти и той пронзительной гармонии, о которой писал Пушкин: «Печаль моя светла»...