Лютик

Янаба вернулась в священный хоган ночью: лечение соплеменницы потребовало гораздо больше времени и сил, чем она рассчитывала. Знахарка боялась, что не застанет сына, но к её радости и удивлению, Матэо сидел у очага, обхватив колени руками. — Ты не ушёл, — сказала она устало, опускаясь напротив. — послушался мать! — Нам нужно поговорить, — голос Матэо дрогнул. — Мне нужна твоя помощь, мама. Янаба закрыла глаза, она уже догадалась, о чём пойдёт речь, но не хотела этого знать. — Не тебе, а твоей бледнолицей! — выдохнула она...

Станция, к которой вышел индеец, оказалась совсем маленькой. Всего два пути, старая водокачка да сторожка стрелочника с тусклым окном. Рискуя быть замеченным, он прокрался к водокачке и с наслаждением напился. Скрипнула дверь сторожки и Матео тенью скользнул в кусты сирени. Он залёг в высокой траве у насыпи и стал терпеливо дожидаться состава, стараясь не обращать внимания на круживших вокруг оводов. Поезда останавливались, но все они шли в противоположную сторону. Нужный пришёл, когда солнце пошло на убыль...

Николай Павлович, который по совету Миллигана прибыл в банк к открытию, уже битый час пытался объяснить сотруднику банка, что является почётным гостем выставки. — Сожалею, но в вашем случае выпуск сертификата на предъявителя, должен быть обеспечен наличными, — в который раз терпеливо отвечал клерк. — Но у меня, чёрт побери, нет такой суммы наличными! — вскипел инженер и половина зала обернулась в его сторону. — Поймите же наконец! Сотрудник банка, заметив всеобщее внимание, — с милейшей улыбкой на устах, в который раз повторил, что таковы правила банка...

Темнокожий слуга Сэмюэля Лечи, которого тот отрядил в помощь тётушке, оказался смышлёным, не ленивым, а главное — весьма выносливым малым. Кроме того, он обладал исключительным слухом и острым зрением. В ту самую ночь, когда Йоланда, крадучись, выбиралась из Энглвуда, Гай уже несколько часов не спускал глаз с «Замка». Томар наказала ему следить за всеми, кто входит и выходит с обратной стороны здания: она надеялась, что оттуда может выйти и её сынок, Эммануил. Гай видел, как свет в окне покоев Алистера погас около часу ночи...

Алистер проснулся от стука в дверь. Решив, что это Бен, он пошёл открывать. Необходимо успокоить старика — ведь он впервые жизни убил. Пусть отдохнёт от бурной ночи, бедняга заслужил. А он, Алистер, так и быть, сам сожжёт прекрасное тело вдовы. Распахнув дверь, Алистер был удивлён, увидев перед собой вместо Бена жильца отеля, мистера Мюррея, снимавшего двухместный «люкс». Мужчина страдал от частых носовых кровотечений и сейчас прижимал платок к носу. Сзади него стояла его молодая супруга, Фабиана...