ЛУХАРИВИЛЛ | истории из жизни

Скрипучую плашку паркета у балконной двери Марина знала наизусть — третья от порога, чуть темнее остальных, вздутая когда-то давним потопом у соседей сверху. Бабушка называла её сторожевой: наступишь — и квартира знает, что кто-то вошёл...

Вишня в тот июль уродилась мелкая, но такая сладкая, что я обрывала её прямо с ветки и ела, не донося до миски. Косточки складывала в блюдце с отбитым краем — то самое, из старого сервиза, который уже никто не считал сервизом, а держали под всякую мелочь...

В тот вторник у меня сорвалась вторая половина дня. Клиент, записанный на четыре, должен был подписать согласие на выезд ребёнка за границу, но позвонил его секретарь и сказал, что рейс перенесли, встреча отменяется, приносим извинения...

Я как раз домывала последнюю чашку. Вода из-под крана шла то горячая, то ледяная — котёл опять барахлил, и я всё собиралась вызвать мастера, да руки не доходили. Пена сползала с пальцев, и я поставила чашку на сушилку донышком вверх, аккуратно, как ставила её тридцать лет подряд...