"Я свободен"

Представьте: простой учитель физкультуры из шахтёрского городка вдруг превращается в теневого властелина огромного региона. Он прогоняет московскую братву, контролирует гигантский алюминиевый завод, строит храмы и детские дома, но при этом безжалостно устраняет врагов. И всё это — с широкой улыбкой Адриано Челентано и жгучей ненавистью к «блатному» миру. Это не сценарий голливудского триллера, а реальная история Анатолия Быкова по кличке Толя Бык — самого яркого и противоречивого криминального авторитета 90-х в Сибири...

«Видишь приезжего? Подожди до темноты». Эта фраза, услышанная мной от местного жителя Кызыла, заставила задуматься: что же происходит в регионе, где столица опережает по числу убийств даже опасные районы Латинской Америки? Республика Тыва — последняя территория, вошедшая в состав СССР (только в 1944 году!), сегодня носит титул самого криминального региона России. Здесь до сих пор нет железной дороги и газа, зато есть «братства», следующие законам кровной мести, и подростковые банды, контролирующие целые районы...

Сибирский парень Вилор Струганов навсегда вошел в анналы криминальной России 1990-х как один из самых напористых и дерзких гангстеров. Его имя было на слуху у всех, кто хотя бы мельком следил за телевизионными новостями той бурной эпохи перемен. Он стал активным участником знаменитых "алюминиевых войн" в Красноярском крае — сначала как соратник, а потом как заклятый противник легендарного Толи Быка, теневого "губернатора" региона Анатолия Быкова. Жизненный путь нашего героя был полон изгибов и поворотов...

Введение В российских СИЗО и колониях рядом с официальным распорядком всегда существует теневая экономика. Её питают дефицит, теснота и страх, а движут три простых ресурса: пайка, переводы и доступ к малым удобствам — чайнику, звонку, тёплой вещи, спокойной работе. Главная мысль: «комфорт» в местах лишения свободы — это не диваны и кофе, а предсказуемый день без лишних конфликтов; и за него часто просят платить деньгами, вещами или молчанием. Эта статья опирается на беседы с освобождёнными, родственниками, членами ОНК и открытые нормы УИК РФ и приказов ФСИН [УИК РФ; ФСИН РФ]...

Введение TV любит крупный план и эмоции. В камере же всё решает регламент и теснота: подъём, поверки, очередь к чайнику, прогулка, следственные действия, душ по графику, отбой. Никакой романтики — только процедуры и попытки сохранить голову холодной. Главная мысль: в СИЗО день запрограммирован минутами и дверями, но рядом с официальным распорядком всегда живёт тень — дефицит, давящее влияние и попытки монетизировать любую потребность. Опираюсь на личные наблюдения, разговоры с освобождёнными и их родными, а также на открытые нормы УИК РФ и Правила внутреннего распорядка СИЗО/ИК ФСИН...