Анна Ливнева. Честные рассказы

Зонт у Ларисы был маленький, складной, с прозрачным куполом. Она подняла его, когда я уже промок до плеч. Конец сентября в том году выдался дрянной: то солнце, то ливень, и не угадаешь. Дожди шли не как обычно, тихие и косые, а с напором, с ветром, который гнал воду почти горизонтально. Я стоял на остановке у Северного проспекта и смотрел на приближающийся автобус. Зонта не было, куртка промокла насквозь минут за пять. Рядом оказалась девушка с этим прозрачным зонтом-куполом, и она просто сдвинулась чуть ближе, чтобы накрыло и меня...

Ключ от квартиры я положил в карман рубашки сразу после подписания, прямо в офисе, и так и ходил весь день, время от времени нащупывая его пальцами. Холодный, с зазубринами по краю, пахнет железом. Вещь простая, но в тот вечер он казался мне чем-то очень важным. Три года я шёл к этому куску металла. Квартиру я купил в небольшом городке на черноморском побережье. Не Сочи, не Геленджик. Место тихое, с набережной в соснах, с рынком, где продают помидоры крупнее кулака, с морем, которое по утрам бывает прозрачным до самого дна...

Он позвонил в четверг вечером. Взял паузу перед тем, как заговорить, – и я уже почувствовала: что-то не то. Не плохое. Именно не то. – Мам, мы поженились. Две недели назад. Я стояла на кухне с ложкой в руке. Суп кипел. Я убавила газ. – Хотели без лишнего шума, – добавил он. Я сказала «хорошо, Сева, я рада» – и даже голос у меня не дрогнул. Он продолжал – что они расписались в будний день, вдвоём, что Алина так хотела и он тоже. Говорил ровно, осторожно подбирая слова. Так бывает, когда уже всё решено и сделано, и страшно не то, что сделали, а то, как отреагируют...

Конверт лежал в верхнем ящике комода с марта. Я складывала туда по три, по пять тысяч, как получалось. Иногда по две. Однажды, в августе, когда на складе выплатили квартальную премию, положила сразу десять и долго смотрела на пачку, прежде чем убрать...

Регистратор открыла папку. Он взял её за руку. Я стояла рядом и держала букет, и уже вспомнила – с того момента, как он обернулся на ступенях загса, – откуда знаю это лицо. Не из тех случайных встреч, которые не оставляют следа. Я знала его через слёзы другой женщины. Через её голос поздним вечером на моей кухне, три года назад, когда она повторяла одно и то же: «Он просто ушёл. Без объяснений. Я даже не понимаю, что случилось». Аля позвонила мне в начале февраля – в середине дня, хотя обычно писала сначала, спрашивала удобно ли...