Маленькие Истории

Морской туман клубился, словно дым из преисподней, окутывая корабль "Морская звезда". Матросы, утомленные долгим плаванием, настороженно вглядывались в белую пелену. Старый боцман хмуро сплюнул за борт. "Не к добру это", - проворчал он. Внезапно туман рассеялся, и перед кораблем предстала она. Русалка. Но не прекрасное создание из сказок, а воплощение кошмара. Ее волосы, цвета гнилой тины, колыхались вокруг лица, обезображенного злобой и ненавистью. Глаза горели ледяным огнем, а когти на руках напоминали острые кинжалы...

На дне омута, где коряги сплелись в подобие трона, обитал Водяной. Не старый, но и не юный – время текло иначе в его подводном царстве. Кожа его отливала тиной и перламутром, глаза горели болотными огоньками, а длинные, зеленоватые волосы шевелились, даже когда вода была спокойна. Он не был злобным, просто одиноким. Русалки избегали его, считая угрюмым. Рыбы – те лишь мелькали тенью, не задерживаясь надолго. Он помнил времена, когда люди приходили к реке с дарами, прося о щедром улове и безопасном плавании...

Запах прелой листвы и гнили обволакивал, как саван. Иван, заблудившийся в чаще, чувствовал, как мох под ногами становится вязким, будто болото. Солнце, пробиваясь сквозь густые кроны, рисовало причудливые тени, играющие на стволах деревьев. Вдруг, тишину разорвал странный хохот, похожий на карканье вороны, только глубже и зловещее. Иван замер, прислушиваясь. Хохот повторился, приближаясь. Из-за корявого дуба, словно сотканный из сучьев и коры, появился он – Леший. Глаза его горели желтым огнем, а длинные, спутанные волосы свисали до земли, покрытые мхом и паутиной...

В избе на краю леса, где половицы скрипели под дыханием ветра, жила Кикимора. Не красавица – зеленоватая кожа, космы спутанные, глаза – два уголька, таящие древнюю тоску. Она не вредила просто так, лишь оберегала свой дом, старую избу, пропитанную запахом трав и сушеных грибов. Бабы деревенские судачили, что Кикимора путает пряжу, бьет горшки, щекочет спящих. Но Маланья, знахарка, шептала другое: Кикимора – дух дома, она видит больше, чувствует тоньше. Когда в деревню приходила беда, Кикимора выла по ночам, предупреждая о грядущем...

В чаще дремучего леса, там, где солнце лишь изредка пробивалось сквозь густую листву, стояла избушка на курьих ножках. Жила в ней Баба Яга – старуха, чье имя шептались с ужасом и благоговением. Лицо ее, изрезанное морщинами, напоминало кору старого дуба, а глаза горели зловещим огоньком. Костяная нога стучала по земляному полу, когда она вышагивала по своей обители, полной таинственных снадобий и артефактов. Слухи о ее колдовстве разносились далеко за пределы леса. Говорили, что она повелевает ветрами, умеет превращаться в животных и знает тайны жизни и смерти...

В глухой чаще, где вековые сосны шептали древние тайны, обитал Кощей Бессмертный. Не в злате и хоромах, как сказывают, а в скромной избушке, увитой плющом. Время над ним не властно, но тоска – верная спутница. Он помнил века: битвы, царства, что восставали и падали в прах. Видел, как реки меняли русла, а звезды – положение на небе. Но ничто не трогало его каменное сердце. Бессмертие – проклятие, а не дар. Однажды, в бурю, когда ветер рвал крышу избушки, у порога появился путник. Девушка, вся промокшая, с глазами полными отчаяния...

Солнце палило нещадно, выжигая редкие островки зелени на полях бывшего колхоза "Рассвет". Теперь это место звалось просто - "Яма". Яма, куда скатились судьбы, надежды и сама земля. Зина, некогда передовая доярка, теперь рылась в остатках рухнувшего коровника в поисках хоть какой-нибудь железки. Сдать на металлолом – последнее, что держало ее семью на плаву. Ее муж, Михаил, бывший бригадир, спился, глядя, как рушится дело его жизни. Он помнил, как ударно работали, как гордились урожаем, как колхоз кормил не только село, но и город...

Рассердить дочь Безухого Нильса — всё равно, что подписать себе смертный приговор. Любой пират знает, что нет женщины коварней и опаснее Анабель. Её отец был одним из самых жестоких корсаров, и дочь пошла полностью в него. Красота Анабель и её искусство в бою побуждают членов её команды сражаться за гранью возможности. Но, как известно, даже у самых страшных хищников есть слабости. Для Анабель такой слабостью была её безграничная любовь к морю. Она чувствовала его дыхание, понимала его настроение, словно оно было продолжением её собственной души...

Был скучный вечер. Анатолий был игроком. Не в покер, не в рулетку, и даже не в лотерею. Анатолий играл в жизнь. Каждая его мысль, каждое решение – были ставкой. Он ставил на удачу, на везение, на случай, часто забывая о тщательном расчете и планировании. Сегодняшний вечер, казалось, не предвещал ничего особенного. За окном моросил мелкий, нудный дождь, телевизор транслировал вялые новости, а в холодильнике тоскливо перекатывалось одинокое яблоко. Но для Анатолия это была лишь отправная точка. Он чувствовал, как внутри него зарождается зудящее предвкушение...

Я поведаю вам о варваре из Энрота, что прибыл в Антагарич словно волк, почуявший кровь. Имя его, Крэг Хак, кануло в Лету, ибо слава его оказалась мимолетной. Он прибыл после Войн за Наследство, когда земли наши кровоточили, а алчность росла, как плесень на гнилом бревне. Жажда славы и богатства гнала его через леса и болота, через огненные пустоши, что оставила после себя битва титанов. Он слышал шепот о несметных сокровищах, погребенных вместе с павшими героями, о проклятых артефактах, дарующих немыслимую силу...

Казимир, юный маг с горящими глазами, отдал всё. Знания, что давались с трудом, молодость, что пылала желанием жить. Он шёл к своей цели – стать личем. Колдовские ритуалы высасывали из него последние соки, но Казимир не сдавался. Он жаждал власти над жизнью и смертью, хотел превзойти бренное существование. Началось всё с малого. Сначала – увядшие цветы возвращались к жизни, потом – мелкие зверушки открывали глаза после смерти. Но этого было мало. Казимиру нужна была сила, чтобы разорвать оковы человеческой природы...

Сумрак сгущался предательски быстро. Еще час назад солнце пробивалось сквозь изумрудный полог леса, а сейчас деревья вытягивались в когтистые тени, угрожая поглотить их целиком. Анна крепче сжала плечо брата. Ты уверен, что помнишь дорогу? - голос ее дрожал, несмотря на попытки сохранять спокойствие. Максим нахмурился, глядя на переплетение стволов. - Кажется, вон там… Мы должны были выйти к ручью. Они углубились в лес, поддавшись очарованию внезапной поляны с дикими орхидеями. Фотографии, восторги, и вот, привычный ориентир исчез...