Литературный Раб

Я живу в тихом доме. Соседи мои молчаливы. Хожу из комнаты в комнату, сажусь на кровать с краю; слушаю их дыхание; гляжу на них, спящих. Если мальчику или женщине снится что-то, стараюсь успокоить. Мысленно. Без фанатизма. Что я могу сказать. Женщина часто просыпается по ночам. Иногда она включает свет. Словно не знает свою квартиру. Или чувствует меня? Мужчина курит и пьёт. Они с женщиной часто спят отдельно. Потом он ушёл на войну. У мальчика тревожный сон. Все эти видеоигры. Они мне никто, просто я живу здесь...

Мы сами себе не рады. Мы себя любим, но не доверяем себе. Мы знаем - мы обязательно соврём. И будем врать, пока есть кому нас слушать. А когда никого не останется, мы будем петь. Нам для этого слушатели без надобности. Мы мечтаем добиться или заполучить то, что и так у нас, - но нам надо, чтобы другие видели. Другие - на которых нам наплевать. Мы же им не доверяем, как и себе. Хотя себя мы любим - где-то даже не веря окончательно. А как верить в себя? Когда это значит доверять и полагаться на себя...

Никита Давыдов Безоэлектричество И спросить-то не у кого - потому что не́как. Не станешь к первому встречному цепляться с расспросами. Почта ещё не заработала. В ларьке у остановки бумага появилась, написано: писчая. Вот ржака: бумага – еда. Конверты к ней. Нехорошо смеяться. Чудовищное горе постигло людей на Земле от мала до велика. В одночасье пропало всё электричество. Куда оно подевалось, не знает никто. Злые языки говорят, ядерная война была...

Никита Давыдов Котики-захватчики -Пора с этим что-то делать, - сказал начальник службы разведки и безопасности Кольт. -С чем? – уточнил его первый зам, полковник разведки Зараб. -С котами. -С какими именно скотами? – уточнил Зараб. -СЫ котами. С котиками. Ни единый мускул не дрогнул на лице заместителя. -Вы поссорились с женой, Евгений Вольфович? -Моя жена тут ни при чём. Вот доклад смежников из электронной контрразведки, - директор катнул по столу лист бумаги, - ознакомься. Помощник читал быстро и схватывал на лету...

Хороших дней, здравствуйте. Моё имя Франц, и я живу в прекрасной стране. У нас много трудолюбивых людей, у нас есть традиции, мы умеем дружить, и у нас есть прекрасная армия. Случай, о котором я собираюсь вам рассказать, произошёл со мной в далёком 1920 году, но я всё помню до мельчайших подробностей, словно это произошло вчера. Стоял жаркий август. Я гулял в своём дворе. Вдруг я увидел парня, лет двенадцать, наверно ему, или четырнадцать. А на нём майка надета: с тем самым символом. Идёт парень по улице, слоняется – каникулы, всё такое...