Латунный ключ от нижнего замка привычно скользнул в узкую скважину, но дальше первого полуоборота не пошел, словно внутри механизма намертво заклинило стальные зубья. Я устало опустила на цементный пол лестничной площадки тяжелый кожаный саквояж с партитурами Рахманинова и Скрябина. Всероссийский смотр юных пианистов в Казани завершился на четыре дня раньше намеченного срока по причине срочного ремонта перекрытий в историческом зале консерватории. Я возвращалась домой вечерним скорым поездом, предвкушая...

Дождь в Нижнем Новгороде-3 шёл по расписанию, с шести до семи вечера, и пах ванилью. Максим давно к этому привык. Привыкают же к пятну на потолке: оно есть, и ладно. Сигнал «Велеса» слабел только в коллекторе на Сормовской, поэтому Максим и спускался туда по вечерам, когда кончалась смена. Здесь чип за правым ухом умолкал. Обычно он нашёптывал человеку, сколько в нём сейчас радости, и сегодня выходило восемьдесят шесть процентов, но под землёй цифра гасла, и в голове становилось непривычно просторно...