Телефон зазвонил в тот момент, когда Анна одной рукой держала кастрюлю с ещё тёплым куриным бульоном, а другой пыталась открыть дверь в квартиру матери. И уже по тому, как настойчиво дребезжал экран в сумке, она поняла, что это Вова и ничего хорошего сейчас не будет. В старом подъезде пахло сыростью, кошками и чем-то лекарственным, будто сама лестница давно болела вместе с Ирой Геннадьевной. Анна поставила кастрюлю на подоконник между этажами, вытерла ладонь о плащ и всё-таки ответила, потому что не ответить было нельзя...