— Ты только не плачь сразу, — сказала медсестра, когда я в третий раз проверила, застегнут ли комбинезон у сына. — Домой едете, не на войну. Я тогда еще усмехнулась. Какая война, думаю. Сейчас приедем, Максим откроет дверь, дома будет тихо, я сяду на свой диванчик в кабинете, пока малыш спит, и хотя бы полчаса побуду в собственном теле, а не в режиме "подай-покорми-переодень". И наивная я была не потому, что после роддома мозг ватный. Просто мне очень хотелось верить, что дома меня ждут. Подъехали к дому под мелкий апрельский дождь...