— Этот твой стеллаж, Марина, вынесем на балкон. Сюда бабушкин буфет встанет — он у нас семейный, ему место на виду. Тамара Ивановна стояла посреди моей гостиной рядом с буфетом тёмного дерева, который привезли утром, не спросив, и распоряжалась так, будто это её гостиная, а я зашла одолжить соли. Буфет с мутными стёклами занял полстены — тяжёлый, чужой, поставленный как флаг: здесь теперь и наше. «Этот стеллаж» я собирала сама два вечера. На нём стояли мои книги, фотографии родителей и аквариум —...