Субботнее утро на даче у Ларисы Петровны всегда начиналось с ритуала. Ровно в семь утра она выходила на крыльцо в своем ситцевом халате, делала глубокий вдох, насыщенный запахом мокрой листвы и перегноя, и обводила владения хозяйским взглядом. Сорок соток в Малиновке были не просто участком — это был её рукотворный Эдем, выстраданный в девяностые, когда каждую грядку приходилось отвоёвывать у борщевика голыми руками. В этом году Лариса Петровна особенно гордилась розарием. Тридцать три куста. «Глория Дей» — любимица, капризная, как оперная дива, требовала укрытия даже в июньские заморозки...