— Андрей, твой драгоценный родственник только что поинтересовался, где у нас лежат запасные одеяла из верблюжьей шерсти и почему в погребе всего сорок банок огурцов, а не восемьдесят, — Антонина стянула с рук резиновые перчатки с ароматом лимона и выразительно посмотрела на супруга. Андрей даже не вздрогнул. Мужчины после тридцати лет законного брака вообще вырабатывают поразительную глухоту к сигналам надвигающейся бури. Он увлеченно разглядывал квитанцию за электричество, словно надеялся обнаружить там тайное послание от инопланетных цивилизаций...

Раскладушку я узнала раньше, чем поняла, что она делает посреди кухни. Зелёная, с провисшей сеткой и одной пружиной, перекрученной проволокой, она шестой год стояла у нас на балконе за коробками с летней резиной. Я привезла её с маминой дачи, когда мама дачу продала, и с тех пор ни разу не раскладывала. Теперь раскладушка стояла между столом и холодильником, застеленная моим пледом. На моей подушке лежал пакет из супермаркета: зарядка от телефона, очки, крем для рук, книга, которую я третью неделю не могла дочитать...