— Мама, ты должна приехать. Мне очень плохо, — сказала Раиса Семёновна таким голосом, будто говорила с того света. — Я чувствую, что не переживу зиму одна. Елена слышала эти слова уже столько раз, что давно потеряла им счёт. Но каждый раз что-то внутри обрывалось — и она снова верила, снова ехала, снова отменяла всё. В тот вечер она положила трубку, долго смотрела в потолок своей маленькой кухни и наконец сказала вслух, в пустоту: — Всё. Я забираю её к себе. Дочь Маша, которой тогда было двенадцать, зашла за стаканом воды и услышала...