— Не надо мне ничего утеплять. Я не мёрзну. Клавдия Петровна встала в дверях, загородив проход, будто зять нёс не зимние рамы, а беду какую. Леонид держал две тяжёлые створки на весу, прислонив к колену, и не спорил. — Так не для тепла, Клавдия Петровна. Для красоты, — сказал он и улыбнулся той своей ровной улыбкой, от которой ей всегда хотелось чем-нибудь в него запустить. — Окно без вторых рам зимой — как дом без бровей. Глядит голо. — Без бровей, — повторила она. — Ишь, грамотный. Но из дверей всё же отступила...