Есть особый тип женщин, которых я узнаю почти сразу. Они приходят на консультацию, садятся на край кресла — не откидываясь на спинку, будто им неловко занимать место целиком. Они извиняются, когда задерживаются на минуту. Извиняются, когда им предлагают чай. Извиняются, когда плачут. И, рассказывая о тяжёлом, всё время добавляют: «Но мама ведь хотела как лучше», «Но я понимаю, ей было трудно», «Я не жалуюсь, нет». Я слушаю и вижу за этим целую жизнь, прожитую в одном тихом, ноющем чувстве. В чувстве вины...