Денис стоял в коридоре с телефоном у уха и не услышал, как Оксана вышла из детской. Младший наконец уснул, старшая возилась с пластилином, и в квартире повисла та редкая тишина, ради которой матери двоих детей готовы продать душу. — Да куда она денется-то, с двумя на руках, — говорил Денис в трубку, и голос у него был лёгкий, почти весёлый. — Поорёт, поплачет и успокоится. Я к Кате на той неделе перевожусь, вещи уже потихоньку собираю. Оксана замерла у косяка. В руках у неё была пустая бутылочка из-под смеси, ещё тёплая...