— Где коляска, Капитолина Андреевна? Свекровь даже не обернулась от плиты. Помешала суп, попробовала с ложки, посолила. — Продала. Вероника стояла в дверях кухни с дочкой на руках. Мире было четыре месяца, и она только что уснула — впервые за день. Внизу, на площадке первого этажа, где коляска стояла под лестницей на велосипедном замке, остался только перерезанный трос. Аккуратно перерезанный, не сорванный. — Что значит — продала? — То и значит, — Капитолина Андреевна наконец повернулась. Лицо у неё было спокойное, почти доброжелательное...