Лежу, лежу. Как плохо быть беспомощной. Я буду соблюдать все рекомендации врача, чтобы поскорее встать на свои родные ножки. А пока лежу. Смотрю Гордона, нравится мне этот дядька он один в один мой отец(отчим). Поэтому мне и близок его стиль поведения, его размышления. Сегодня забежала сноха с племянником, у неё ключи есть от нашей квартиры. Понеслась на кухню готовить, не слушает меня, думает, что мы тут голодом сидим. Хорошая она у нас, наша Еленка. Любовь моя, мой родной племянник уселся осторожненько рядышком, сначала молчал и вздыхал...

— Пока ты лежишь как овощ, я развлекаюсь с другими! — усмехнулся Игорь, глядя на меня так, будто я не жена, а забытая вещь в шкафу. Он сказал это почти буднично. Тем тоном, которым люди сообщают: «хлеб закончился» или «автобус ушёл». И самое страшное было не слово «овощ». Самое страшное — лёгкость, с которой он это произнёс. Как будто ему стало проще жить, когда я перестала быть «удобной». Я лежала на белой больничной кровати, под тонким одеялом, которое пахло хлоркой и чужими ночами. Лежала — и слушала...