«Вы» не выветривалось. Три дня прошло, а оно всё стояло у меня в ушах: «Здравствуйте, вы». И ещё это, заученное, чужим её голосом: «Мне Ларисочка помогает, мне хорошо». Я мыла посуду, я гладила Серёже рубашку, я на работе сидела за компьютером, а внутри крутилось одно и то же, по кругу, как заевшая пластинка. И знаете, что я поняла к третьему дню? Что зря себя все эти дни уговаривала. Я ведь весь тот вечер и всю ту ночь себя уговаривала. Что баба климактерическая, что накрутила, что увидела заговор там, где просто чужая тётка делает работу...