Засмотрелся на Венеру… Мой вопрос возник не вдруг. Скажет кто пенсионеру, Почему она без рук? Всё при всём; и грудь, и бёдра, И такой желанный стан… Но нести пустые вёдра, Шанс ей всё-таки не дан. Головы наклон прелестный; Облик нежен весь и мил. Но ваятель неизвестный, Взял и руки отломил. Что в руках Венеры было, Чтобы скрыть от тысяч глаз? Реставратора… на мыло! Археолог свой рассказ Оборачивает в шутку...

Доктор Соболев шёл к кабинету начальника госпиталя с тем особым чувством, какое бывает у человека, принявшего трудное, но необходимое решение. Он знал, что разговор будет неприятным. Был уверен, что рискует навлечь на себя гнев женщины, которая за несколько дней пребывания в части успела перессориться с половиной личного состава. Но молчать дальше было нельзя. То, что происходило между Рубцовой и Бушмариным, перерастало из личного конфликта в проблему, затрагивавшую весь хирургический корпус. Утро выдалось пасмурным...