Ну давай, побегай ещё, когда пузо становится посмешищем. Низ живота висит, как будто приклеенный и никакие усилия не могут его сдвинуть. Вес вроде ушёл, питание наладилось, пот льётся на пробежках, а пузо как было, так и есть. Я бегал. Я качал пресс, я потел как мог. Но живот, будто издеваясь, отвечал: Ну давай, побегай ещё мне-то что. Я не рассказывал об этом. Ни жене, ни друзьям. Просто начал носить свободные рубашки, втягивать живот, проходя мимо зеркала, старался не наклоняться. И самое страшное я начал чувствовать себя старым...