Утро воскресенья Галина Борисовна встретила в боевой готовности. Она проснулась с петухами (точнее, с перфоратором соседа) и пошаркала на кухню, предвкушая скандал по поводу немытой посуды. — Полинка! Вставай! Хватит дрыхнуть! — заорала она, распахивая дверь. И осеклась. Посреди кухни, на коврике (который Галина вчера назвала "пылесборником для астматиков"), в позе лотоса сидела Полина. Она была замотана в белую простыню, как мумия, решившая заняться йогой. Лицо было белым от косметической глины...