– Пап, ты только не обижайся, но тебе надо съехать. – Съехать? – Аркадий Ефимович положил ложку рядом с блюдцем. – Куда? – В свой дом. На Старый проулок. Он же стоит пустой. – Он не пустой. Он холодный. – Ты починишь. Ты же всё умеешь. Руслан говорил устало, будто просил отца не о тяжёлой вещи, а о какой-нибудь мелочи: вынести мусор, передвинуть шкаф, подержать лестницу. Он стоял у кухонного окна, сложив руки на груди, и смотрел куда-то мимо отца. Ксения сидела у плиты, поджав ноги на стуле. На последних месяцах ей было трудно: то спина болела, то от запахов мутило, то хотелось тишины...