Курьер позвонил в дверь ровно в семь вечера. Я только переступила порог, сбросила туфли у коврика и включила чайник. Апрель выдался тёплый – балкон я не закрывала с утра, и в кухне пахло сырой землёй со двора и бензином от стоянки внизу...

— Марина Сергеевна, у вас просрочка по кредиту. Второй месяц пошёл. Голос в трубке звучал ровно, будто диктор читал прогноз погоды. Марина стояла посреди кухни и держала телефон обеими руками. Никакого кредита она не брала. Ни в этом банке, ни в каком другом за всю свою жизнь. Пальцы вдруг стали чужими и холодными. За спиной на плите остывала недоваренная гречка, пахло луком и подгоревшим маслом. Она машинально выключила конфорку. В голове крутилась одна мысль, тупая и упрямая: этого не может быть, тут какая-то ошибка, сейчас всё разъяснится...

Лиза проверяла карманы одежды перед тем, как закинуть вещи в стиральную машину. Очередь дошла до темно-синих брюк Антона. Пальцы нащупали в заднем кармане плотный, сложенный вдвое лист бумаги. Она развернула его. Это был студийный макет списка рассадки гостей для ресторана «Шато», распечатанный на дорогой глянцевой бумаге. Сверху вился золотистый вензель: «Первый день рождения Марка!». Лиза пробежала глазами по строчкам. Столик номер один: Элеонора Викторовна, Альберт Эдуардович (ее новый спутник)...