Ужин был испорчен с самого начала, но Катя старалась этого не показывать. Она вообще привыкла не показывать. Свекровь, Валентина Петровна, приехала без предупреждения, как всегда, с пакетами, в которых лежали солёные огурцы и банка варенья из кабачков...

— Маша, ты только не волнуйся, но у тебя на даче стоит чужая красная машина. Прямо на грядке с укропом. — Какая машина, Галя? Андрей с Катей поехали к её матери, они мне сами сказали. — К матери они поехали, как же. Я своими глазами видела, как твой Андрей тащил мангал от калитки. Красный весь, мокрый, а она стоит и пальцем показывает, левее, нет, правее. Музыка на весь посёлок. Молодёжи человек десять, не меньше. Мария лежала на узкой больничной койке, и потолок над ней вдруг качнулся, как лодка, отвязанная от берега...