– У меня странный привкус во рту, – сказал незадачливый писатель, пока его везли на каталке по коридору в сторону лифта. – Это жевания бумаги, дорогой, – заметила его жена. – Странный? – спросил Двигубский. – Иголки и булавки. Нет, булавки и иголки. Булавки и иголки, да. Они растут из моих пальцев, как… Боже, дай мне синоним. – Он всегда такой? – ординатор посмотрел на жену больного. – Человек съел свой роман. Вряд ли вы можете считать нормальным. Чем больше он ел, тем страннее становился. Перед лифтом к каталке подошёл заведующий отделением...