Серое осеннее небо нависало над городом тяжелым одеялом. Мелкий дождь барабанил по стеклам окон, заставляя прохожих укрываться под козырьками магазинов и торопливо перебегать через мокрые улицы. Леонид Борисович стоял у кухонного окна и смотрел, как ветер срывает с деревьев последние пожелтевшие листья. Четыре года прошло с того дня, когда его жена ушла из жизни, оставив его одного с дочерью-подростком. Четыре долгих года одиночества, когда он возвращался в пустую квартиру и слышал только тиканье настенных часов да шум воды в трубах...

— Спасибо. Теперь я знаю, что мне делать. Голос Алисы прозвучал так неожиданно, так чуждо всей этой насквозь пропитанной слезами и чайной горечью атмосфере, что Олег замер с заварником в руке, а Галина Петровна, уже поднесшая к губам бокал с золотым ободком, на секунду застыла, будто превратившись в соляной столб. Слово «спасибо», произнесенное в ответ на пощечину, на унижение, на многолетнюю молчаливую войну, которую она вела против этой девушки, прозвучало как пощечина, только уже в обратную сторону...