Извинения и аресты: как наказывают глумившихся над терактом
«Мне стыдно, что мы тебя таким вырастили!» — бабушка обожала внука, пока не увидела, как он издевается над бедной девочкой
— Данечка, ты портфель собрал? Оладушки с изюмом ещё тёплые, сядь, перекуси перед уроками! — 65-летняя Маргарита Степановна ласково улыбнулась, поправляя воротник на идеально отглаженной белой рубашке 14-летнего внука. — Спасибо, бабуль! Ты у меня лучшая! — Данька обнял старушку за плечи и с аппетитом подхватил румяный оладушек. — У нас сегодня первая физика, надо быть со свежей головой. Вчера с папой проект до ночи доделывали, на областной конкурс подаёмся! — Золотой ты у меня парень, Дань... — прослезилась женщина, гладя внука по густым русым волосам...
«Не смей жаловаться моей матери на мою гулянку, она сама меня научила так жить!» — оскалился муж, пьяный ввалившись в три часа ночи.
— Не смей жаловаться моей матери на мою гулянку, она сама меня научила так жить! — оскалился муж, пьяный ввалившись в прихожую в три часа ночи. — Научила? — тихо переспросила Полина, не шелохнувшись в кресле. — Разбрасывать ботинки в чужой грязи, вонять дешевым коньяком и чужой пудрой? Этому научила? — Закрой рот, святоша, — процедил Артем, шатаясь и пытаясь расстегнуть молнию на куртке, но пальцы соскальзывали. — Мама знает жизнь. Мама всегда говорила: мужик должен дышать свободно, а баба — сидеть и ждать...