Нашла удачный рецепт заливного пирога: теперь мои пироги не остаются внутри сырыми (отлично пропекаются, вкусные и нежирные)
«Они были как маленькие дети и окружили меня со всех сторон. Я не мог пошевелиться»
Июль 2003 года. Село Верхние Луги, Тверская область. На веранде у Василия Петровича стоял ржавый велосипед и мешок картошки. За окном стрекотали кузнечики, оплакивая уходящий знойный день. Хозяин дома, коренастый мужик лет пятидесяти с глубокими морщинами у глаз и руками, похожими на корни дуба, разливал чай из пузатого чайника. Напротив сидел я — тогда еще молодой журналист районной газеты, приехавший писать очерк о рекордных надоях, а наткнувшийся на нечто совсем иное. На столе, среди чашек в цветочек и вазочки с вареньем, лежал предмет...
Я устала содержать всех твоих родственников. Всё! Лавочка закрыта. - Заявила жена.
Элеонора — для коллег просто Эля — всегда знала цену деньгам. Не ту цену, которую диктуют ценники в бутиках на Кузнецком мосту, а ту, что измеряется бессонными ночами, литрами остывшего эспрессо и жесткими дедлайнами в архитектурном бюро. В тридцать два года она была ведущим проектировщиком, женщиной, которая «сделала себя сама», и, по совместительству, основным финансовым столпом своей семьи. Её муж, Вадим, был человеком творческим и, как он сам выражался, «находящимся в вечном поиске своего истинного призвания»...