Герань в глиняном горшке летела вниз молча. Она не кричала, не цеплялась за подоконник, просто исчезла в сером прямоугольнике открытого окна, оставив на пластике грязный след от чернозёма. Секунда — и глухой шлепок об асфальт. — Не захламляй мой дом своим мусором, Глаша, — Света вытерла ладони о джинсы с таким видом, будто прикоснулась к чему-то липкому. — Тут и так дышать нечем. Цветы, салфеточки, баночки… Развела тут сиротский приют. Я стояла у кухонного стола, сжимая в руках пустую кружку. В голове было тихо...