– Николай Иванович, а пиджачок-то с выпускного? Признавайтесь, при Хрущёве шили? – Гена хохотнул и подмигнул Сазоновым через стол. Сазонова прыснула в салфетку. Муж её вежливо заулыбался, глядя в тарелку. Папа одёрнул полы серого пиджака с широкими лацканами и тоже улыбнулся. Он всегда улыбается, когда не знает, что ответить. – Гена, – сказала я. – Хватит. – Да что хватит-то? Я ж любя. Николай Иванович не обижается. Правда, тесть? – Да какие обиды, – сказал папа и потянулся за хлебом. Сидели мы на кухне...