Плед я вытащила из шкафа первым. Потом папку. Потом задумалась – зачем. Тридцать лет мы с Надеждой почти не разговаривали. А теперь я везла ей вещи её матери в следственный изолятор. Плед был серо-голубой, с бахромой по краям, на шерстяной основе...