Июньское солнце плавило асфальт загородного шоссе, превращая горизонт в зыбкое, дрожащее марево. На пыльной обочине, у самой кромки векового соснового бора, застыл рейсовый пазик, испускавший из-под капота сизый, покорный дух мертвой машины. Пассажиры угрюмо расползлись по тенистым зарослям папоротника, спасаясь от удушливой салонной гари. Среди разлапистых ветвей, на поваленном стволе мшистой ели, сидела Александра Сергеевна. Со стороны она казалась оброненной кем-то старинной куклой: фарфоровое...