Одинокая мать пришла на могилу сына в день его 30-летия. Вдруг чужая девочка вложила ей в ладонь его потерянный крестик.
Ледяная корка ноября хрустнула под чьими-то легкими шагами, но Вера не обернулась. Она стояла, вдавив окоченевшие пальцы в карманы драпового пальто, перед серой гранитной плитой с выбитым портретом, который с каждым годом дождливая морось делала все более чужим и размытым. Денис Олегович Белозёров. 30 лет. Дата, высеченная под фотографией, оборвалась пять лет назад осенним числом, обугленным в памяти страшнее любой гари. С кладбищенской липы сорвался тяжелый пласт мокрого снега и шмякнулся о соседний памятник...

