Смех и слёзы жизни

В семь вечера Нонна Петровна позвонила ко мне из-за соли, а ушла только после того, как рассказала про своего мужа. Соль я дала сразу, но через три часа сама не могла понять, где закончился разговор и начался семейный детектив. Я как раз вернулась с работы. Сняла пальто, поставила чайник и только успела открыть пачку гречки, когда в дверь постучали. Нонна Петровна стояла на пороге в бордовом халате, домашних тапочках с вышитыми цветами и с таким лицом, будто пришла не за солью, а сообщить о государственном перевороте...

В шестьдесят четыре Жанна впервые купила себе одну кружку. До этого в её шкафах стояли сервизы на шесть и двенадцать персон, будто гости могли прийти в любую минуту. Утром она открывала глаза в большой комнате, слушала, как за окном проезжал первый автобус, и ещё несколько секунд не понимала, зачем ей вставать. Потом шла на кухню, ставила чайник, доставала одну чашку из сервиза с тонкой золотой каёмкой. Чашка выглядела нелепо на огромном столе. Трёхкомнатная квартира досталась им с Андреем ещё в девяностые...

Нина третью неделю приезжала к свекрови к семи утра, чтобы та не пропустила таблетки. А в то октябрьское утро, стоя в коридоре с пакетом творога и лекарств, она услышала за дверью, зачем, по мнению Ларисы Петровны, она всё это делает. В сумке у Нины лежал запасной ключ от квартиры. Он был тяжёлым, старым, с круглой пластмассовой головкой, когда-то белой, а теперь пожелтевшей. Лариса Петровна вручила его невестке сразу после выписки из больницы. «Ты только не вздумай звонить, если я не открою. Я могу спать...

«Ты не будешь сидеть с моим ребёнком», сказала Вера матери так твёрдо, что та не сразу положила ложку. Нина Павловна всю жизнь лечила чужих детей, а теперь родная дочь словно решила, что своему внуку она не нужна. За воскресным столом стало тихо. Только Соня, двухлетняя внучка Нины Павловны, стучала ложкой по тарелке и пыталась поймать кусочек огурца. На ней был жёлтый сарафан, который она не хотела снимать даже дома, а рядом с её стулом лежал мягкий заяц в клетчатой жилетке. Без зайца Соня не засыпала...