Квинтэссенция книг

Неделю не спали из-за ерунды. Кто-то нахамил в переписке, сорвалась мелкая договорённость, знакомая сказала гадость, и вы прокручивали это ночами, кипели, репетировали ответы. А через месяц уже не вспомнить, из-за чего так убивались. Мелочь съела неделю жизни, будто и правда того стоила. Знакомо? Это третья, последняя часть разбора «Законов человеческой природы». В первой мы разбирались с собой, во второй учились читать других. Осталось самое крупное. Если нами и вправду движут скрытые пружины, если...

Врач смотрит в экран на секунду дольше, чем нужно. Вы сидите напротив, и пока он молчит, под рёбрами обрывается тонкая нитка. Всё ведь в порядке? В эту секунду вы очень ясно чувствуете, что не бессмертны. Потом он поднимает глаза, говорит, что анализы хорошие, и нитка натягивается обратно. Через час вы уже думаете про пробки и ужин. А та секунда, когда пол ушёл из-под ног, уже забыта. Эту секунду и её мгновенное забывание разбирает Эрнест Беккер. Американский антрополог, в 1973 году он выпустил книгу «Отрицание смерти» и посмертно получил за неё Пулитцеровскую премию...

Лампочка в коридоре перегорела в среду. К воскресенью она так и не горит. Запасная лежит в ящике, стремянка стоит в кладовке, работы на две минуты. Вы проходите мимо по десять раз на дню, по привычке щёлкаете выключателем, вспоминаете и идёте дальше. Не лень. Не некогда. Просто где-то внутри выключился тот человек, который в этом доме что-то меняет. С крупным происходит то же самое, только тише. Вы перестали спорить в поликлинике. Перестали просить пересчитать квитанцию. Не звоните первой, если в прошлый раз не перезвонили...

Он не берёт трубку. Вы набираете третий раз за вечер и слушаете длинные гудки. Объяснения готовы заранее: сел телефон, шумно, не услышал. Ему сорок два года. У него своя съёмная квартира, своя жизнь и работа, которую он опять сменил в мае. Каждый месяц вы переводите ему то пятнадцать, то двадцать тысяч, и в прошлый раз твёрдо пообещали себе: последний. Вчера он написал, что нечем платить хозяйке. Вы перевели. Сейчас он спит. Не спите вы. И вот вопрос, ради которого стоит дочитать. Вам от этого плохо...

Посреди разговора вы забыли фамилию. Обычную, знакомую, человека, с которым виделись сто раз. Она вертится где-то рядом, на кончике языка, но не даётся. Вы махнули рукой, сказали «да неважно», и разговор поехал дальше. Проходит час. Вы стоите под душем и думаете совсем о другом, о том, что пора купить новый фильтр для чайника. И вдруг, ни с того ни с сего, само собой всплывает: «Мещерякова». Вы её не искали. Вы вообще про неё забыли. А кто-то внутри вас, оказывается, всё это время искал, тихо, в фоне, без вашего ведома, и вот принёс ответ...