Авто-Дама: истории о путешествиях

Моей сестре посвящается... Нет, родные. Это — билетик. Маленький картонный квадратик. Посадочный талон, который держишь в руках, а дыхание перехватывает от одного только предчувствия нового мира. А я люблю не просто держать их в руках — я обожаю их дарить...

Люблю вас, ангелы в кедах! Конечно, мы, возрастные «бандерши», косячим на всю катушку, а вы- прекрасная молодежь нас выручаете, подвозите и слушаете наши бесконечные байки. Да, я из тех, кому за 55. У меня кандидатская, скрип в коленях и удивительный талант теряться на ровном месте. Молодые люди вокруг. Каждый раз, когда я влипаю в историю, они превращают мой косяк в праздник. Спасибо вам, родные. Вы — чудо! Я заезжаю на развязку по дороге из Сочи в Красную поляну пятый раз. Пропускаю свой съезд из-за дорожных работ, нервно хихикаю, матерюсь, кручу руль...

Путешествие — это зеркало, оно никогда не улыбается первым, оно улыбнется в ответ на вашу улыбку. Мои советы в статье- это важные факторы, чтобы сделать путешествие удачным и запоминающимся, но все формулы...

Мои путешествия длинные: 6–7 тысяч километров на 14–16 дней. Я меняю по 11 кроватей, перемещаясь каждый световой день до следующей ночёвки. Мотор заводится на рассвете и глохнет в сумерках. Бесконечная смена горизонта, новый запах постельного белья каждые сутки — это мой формат. И именно в нём скрыта главная, самая недооценённая опасность. И это, нет, не поломка автомобиля. И не проблемы со здоровьем. И даже не пустой кошелёк. Всё это мы, бывалые путешественники, умеем чинить, лечить и планировать...

Сегодня на трассе мы все чаще видим женщин за рулем. Иногда это сложные многотысячные и многодневные маршруты, ведущие на горные перевалы. Они едут чаще в компании с подругами. Реже- одиночницы. Еще десять лет назад я бы сказала, что это безумие. Еще десять лет назад так мало кто делал. А сегодня — посмотрите на трассу. Посмотрите, кто сидит за рулем этих внедорожников и седанов, которые лениво перестраиваются в крайний левый ряд, чтобы обойти фуру. Спокойные, с одной рукой на «баранке», второй тянутся к стаканчику с кофе...

С каждым годом я вижу на перевалах Главного Кавказа всё больше путешественников. И не тех, кто едет дышать горным воздухом в предгорье Эльбруса, а тех, кто, как я, сходит с ума от охватившего безумия величия, строгости и опасности Главного Кавказа. Кто измеряет Кавказ не перечислением сёл и городов, а километрами тяжелейших дорог на перевалах. Тех, кто, затаив дыхание, просит Кавказ: «Пусти, Господи! И сохрани меня, Господи, грешную!» Я незаслуженно много лет, путешествуя по Кавказу, обходила Осетию стороной...

Вы когда-нибудь видели терем? Такой, чтобы из сказки — с резными кокошниками окон, с кружевом наличников, с крышей, которая будто вздохнула и замерла. Настоящий? Не из кино и книг сказок? А он есть. В Пензе. Только его нелегко найти, и часто от усталости, после тысяч сделанных шагов, туристы до него просто не доходят. До него надо захотеть дойти. Он спрятался в глубине дворов от улицы Володарского, будто не хочет, чтобы его трогали чужие глаза. Глаза тех, кто не хочет видеть. И правильно делает...

Я еду в старые усадьбы за присутствием. Там, где в сыроватых стенах еще не выветрился дух семьи, я слышу негромкие шаги, вдыхаю запах сухих цветов и старого дерева, ощущаю тепло рук тех, кто когда-то вкладывал в эти дома часть себя. Мне не нужна глянцевая картинка — мне нужна трещина на паркете, затертая ступенька или выцветшее пятно на обоях, которое помнит чей-то рассеянный взгляд. Это самое важное для меня — застывшее время, которое можно почти потрогать. Поэтому я не люблю отлакированные...

До недавнего времени у меня не было доверия к маленьким городам. Я искренне считала, что всё интересное сосредоточено в столицах, а остальное — бледная копия, либо забытая Богом Смотрим и пусть весь мир подождет У меня не было опыта, чтобы отличить ухоженную старину от запустения. Я не умела читать фасады, не знала, что двухэтажный купеческий дом может рассказать больше, чем иной музей. У меня не было терпения останавливаться перед каждым зданием и разглядывать лепнину. Я считала, что настоящий русский модерн — только в Петербурге и Москве...

Вы ведь знаете этот феномен? Едете из Самары в Уфу, из Оренбурга в Казань — и везде одно и то же. Бузулук, Сызрань. Аккуратные домики, краеведческий музей, обелиск войны. Посмотрел — и забыл. Но душа просит не просто «ещё один городок», а прикосновение к эпохе, след подлинной истории, который не выдумали туроператоры. И тогда вы поворачиваете на Тетюши- в город со смешным названием. Не потому, что там «мило» и «уютно». А потому, что это место основал Иван Грозный, и здесь до сих пор стоит земля, которую топтали стрельцы, бурлаки и купцы, торговавшие с Парижем...

Выжить в тяжелой ситуации, когда мир рушится на глазах, а под ногами больше нет земли — это всегда подвиг. И те, кто это прошёл, кто не рассыпался в прах посреди шторма, — они настоящие герои. Без громких фанфар, без медалей на грудь. Просто живые. Нет на свете ни одного человека, которому жизнь далась бы ровной дорогой без ухабов и пропастей. Каждый из нас в своём бою побеждал своих демонов — по ночам, в тишине, на грани сил...

Если вы вдруг почувствовали острую потребность в минеральной воде и в древней истории нашей планеты, а живете на Волге, то не обязательно покупать билет и ехать в Кавминводы. Достаточно приехать в Ундоры — знаменитое село на правом берегу Волги, в 50 километрах от Ульяновска. Да, название вызывает улыбку, но эта улыбка быстро сменяется уважением, когда узнаешь, какие сокровища скрывает эта земля. В Ундоры приезжали лечиться на воды знаменитые симбиряне: Тургеневы, Языковы, Толстые, Ермоловы. Здесь...