Креатив. Лучшее.

Вчера мне было очень стыдно, я обидел своего ангела хранителя... Стыдно мне до сих пор. А дело было так: Еду после работы домой, вода в бачке омывателя закончилась, настроение хреновое. Слава Богу, ехать мне еще пару светофоров и я дома. Поднажал. Подъезжаю к перекрестку, у меня горит найзеленейший, вдруг вижу: стоящая справа девятка, медленно тронулась из ряда мне наперерез. Я дал длинный гудок, девятка замерла. Вот думаю: дятел, на светофоры не смотрит... Подъезжаю все ближе к перекрестку и... опа... а девятка то поехала дальше!!! Тут уж не до гудков. Торможу в пол, но понимаю, что остановиться уже не успеваю! Хоть бы этот ушлепок уже не тормозил, а ехал дальше...

В руке я держал пожелтевший от времени лист бумаги. Сцена, изображенная на нем была по детски наивна, проста, но героична: самолет со звездой парил в небе, внизу дымились немецкие танки, умирал поверженный Гитлер и над ним стоял мой дед на одной ноге. Вторую ногу он потерял на войне. За это ему дали орден. Так говорила бабушка и показывала красную коробочку с наградой. Вместе с ногой он потерял еще шестнадцать своих товарищей. Они призвались на фронт из далекого украинского села, но ушли под землю где то между Уралом и Берлином. Вернулся только дед. Но бабушка ошибалась: как можно уйти под землю...

В детстве я с родителями ездил в Ленинград и там в метро услышал объявление – «Если вы увидите человека с белой проседью, помогите ему – это инвалид по зрению…» Я ходил, пристально вглядывался в лица людей и никак не мог понять связи между сединой и слепотой? Даже у родителей спросил. Они, помню, долго смеялись. Ну не знал я тогда слова – «трость»… В это же время в нашем 3-м «Б» учился Сашко. С пяти лет он серьезно занимался футболом и к своим девяти годам, уже лихо раскачивал и ронял огромных лосей- десятиклассников на школьной футбольной площадке. В отличии от нас, у Сани была настоящая цель в жизни, он мечтал стать членом сборной СССР...

Он вдавил педаль тормоза в пол. Старенький "Фиат" заскрипел и замер посреди трассы, выхватывая светом фар из темноты распростертое на асфальте тело. - Ни хера себе - прошептал Сёма и, открыв окно, заорал - Слышь ты! Человек на асфальте дернулся и сел. - Вот мудак! - выругался, Сема и рванул ручку дверцы. - Ты, что? Больной? Твою мать, придурок! Я же чуть тебя не переехал! - Ни чего страшного - человек покряхтывая от натуги, встал и отряхнул брюки - Я Олег. Сема обалдел от бесцеремонности и невозмутимости Олега. - Я тут отдыхал - Олег широко улыбнулся – Знаете, прошел пешком слишком много за сегодня и решил отдохнуть...

- Ох, бабуля, так много задают уроков на дом! – пожаловался Петров своей бабушке, отправляясь в школу. - Задание по истории не успел выучить, наверное, двойку схлопочу. - А чего вам там по истории-то задали, - сочувственно спросила бабуля. - Задали читать «Культура современной России». - Какая, внучек, к бесу культура?! – махнула рукой бабуля. – Живем как в Содоме и Гоморре. - Может, не спросят сегодня меня, пронесет, - сказал напоследок Петров и вышел из дома. Но не пронесло. - Петров, иди к доске. - Петров, лениво переваливаясь, пошел к доске. В глазах печаль. Лицо сморщилось, как будто только что этим лицом в дерьмо ткнули...